Новые статьи
Показаны сообщения с ярлыком вера и общество. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком вера и общество. Показать все сообщения
Почему в России не нужна
революция - ни «демократическая», ни «православно-консервативная»? Попробую
ответить в этом посте.
Как известно, мир лежит во зле. А уж Российская Федерация и подавно. Многие уверены, что нужно срочно переворачивать этот порядок при помощи политической революции. Например, под таким лозунгом: «Долой Путина! Ну и что, что его поддерживает 70% населения! Они не понимают, они зомбированы Первым Каналом! Мы принесем им добро и свет, хоть они этого и не хотят, а хотят Путина». Это позиция «либералов». Причем не обязательно атеистов – среди верующих тоже полно демократов, недовольных кровавым путинским режимом. Поразительно, но консерваторы, кого демократы считают мракобесами, тоже сплошь недовольны Путиным! Естественно, потому что он слишком либерален. Примерно так: «Кругом либерализм и загнивание, нужно срочно собрать казаков и переделать страну в православную монархию, тогда-то все и наладится! Снять запрет на идеологию в Конституцию и православие в массы!» Вот тогда-то, мол, наши граждане перестанут качать порно из интернета, выбрасывать окурки из окна машины и бухать на Рождество как проклятые. Вот тогда-то настнет "благорастворение воздухов, изобилие плодов земных и времена мирные".
Поразительно, да, как на первый взгляд такие разные либералы и охранители мыслят совершенно одинаково?
В двух словах их позицию можно обозначить так:
«Вы верите, что возможно создать политическую структуру, в которой добро не будет зависеть от нас. Оно будет само по себе из Конституции произливаться. А ГОСУДАРСТВО - ЭТО ЛЮДИ. НЕ сделать хорошего государства из плохих людей».
Это цитата из Андрея Марусова, практикующего юриста и преподавателя, о котором я уже упоминала в этом блоге. Хочу привести фрагмент его дискуссии с идейным «православным революционером», который считает нынешнюю Конституцию злом, потому что там есть запрет на идеологию. Но если просто заменить в этом тексте «Конституция» на «Путин», получится вполне симметричное обращение и к либералам. Магия, в общем.
Так вот...
«Суть в том, что иногда делать лучше, чем возможно, - не по-христиански. В 1993 году наш народ, на Референдуме выбрал эту Конституцию. Возможно, он сделал неправильный выбор. Но он не мог сделать другого. Потому что за годы советской власти его не научили выбирать. А потом он купился на джинсы и жвачку.
Но важен факт того, что народ это ВЫБРАЛ. Пусть от незрелости. Пусть от обмана. Так же мы не сможем запретить своим детям совершать ошибки. Вы не принимаете этот выбор. А я не могу не принимать. Я говорю: "Христианин должен смиренно принимать порядок, который выбрал его народ". Даже по ошибке.
Я знаю 2 вещи. 1. Народ не может иметь власть лучше, чем он сам. Он просто ее не поймет и не примет. Вот суть христианская покорность властям. 2. Всякий порядок властный может быть сущностно преображен, если народ стал заслуживать большего.
Ни Христос, ни ап. Павел не призывал Израиль сбросить Рим. Но когда в Средиземноморье нашлась критическая масса христиан, ОНИ ИЗМЕНИЛИ РИМ. СДЕЛАЛИ ЕГО СВОИМ.
Так же и мы сегодня. Если Россия будет Православной, она может преобразить демократию. Поставить ее себе на службу. Но если мы скажем: "У нас все будет хорошо, если мы сначала ЭТО государство сломаем" мы совершим большую ошибку.
Спаситель не был революционером. Ведь что вы говорите? "Это все неправильно. Нас обманули. Это все нелигитимно. Надо это сломать. А если это выбрало большинство, не надо его слушать - у них пелена на глазах". А что это как не революция? Как не неспособность принять объективную глубину заблуждения наших соотечественников.
Я верю в то, что человек должен принимать существующее до тех пор, пока это не противно праведности, пока мы не предаем Бога.
ВЫ верите в то, что сначала политическая активность, потом гражданская.Напомню, гражданская - это борьба по существующим правилам. Политическая - за изменение этих правил. Но все наоборот. Хорошими политиками могут стать только хорошие граждане. У нас православных гражданских активистов, которые умеют работать по закону - 3 калеки.
Закон позволяет многое - активности нет. Вы же подменяте эту активность тем, что говорите "Правила изначально плохи...ничего не сделать". А это неправда. Разве пробовали по-хорошему?
А когда вы измените правила, то удивитесь. Что миллионы недобросовестных людей переврут эти новые правила. Поставят на службу своей корысти. А 1,5 процента православных как мечтали о "хорошем царе", так и будут.
Вы верите, что возможно создать политическую структуру, в которой добро не будет зависеть от нас. Оно будет само по себе из Конституции произливаться. А ГОСУДАРСТВО - ЭТО ЛЮДИ. НЕ сделать хорошего государства из плохих людей».
Как известно, мир лежит во зле. А уж Российская Федерация и подавно. Многие уверены, что нужно срочно переворачивать этот порядок при помощи политической революции. Например, под таким лозунгом: «Долой Путина! Ну и что, что его поддерживает 70% населения! Они не понимают, они зомбированы Первым Каналом! Мы принесем им добро и свет, хоть они этого и не хотят, а хотят Путина». Это позиция «либералов». Причем не обязательно атеистов – среди верующих тоже полно демократов, недовольных кровавым путинским режимом. Поразительно, но консерваторы, кого демократы считают мракобесами, тоже сплошь недовольны Путиным! Естественно, потому что он слишком либерален. Примерно так: «Кругом либерализм и загнивание, нужно срочно собрать казаков и переделать страну в православную монархию, тогда-то все и наладится! Снять запрет на идеологию в Конституцию и православие в массы!» Вот тогда-то, мол, наши граждане перестанут качать порно из интернета, выбрасывать окурки из окна машины и бухать на Рождество как проклятые. Вот тогда-то настнет "благорастворение воздухов, изобилие плодов земных и времена мирные".
Поразительно, да, как на первый взгляд такие разные либералы и охранители мыслят совершенно одинаково?
В двух словах их позицию можно обозначить так:
«Вы верите, что возможно создать политическую структуру, в которой добро не будет зависеть от нас. Оно будет само по себе из Конституции произливаться. А ГОСУДАРСТВО - ЭТО ЛЮДИ. НЕ сделать хорошего государства из плохих людей».
Это цитата из Андрея Марусова, практикующего юриста и преподавателя, о котором я уже упоминала в этом блоге. Хочу привести фрагмент его дискуссии с идейным «православным революционером», который считает нынешнюю Конституцию злом, потому что там есть запрет на идеологию. Но если просто заменить в этом тексте «Конституция» на «Путин», получится вполне симметричное обращение и к либералам. Магия, в общем.
Так вот...
«Суть в том, что иногда делать лучше, чем возможно, - не по-христиански. В 1993 году наш народ, на Референдуме выбрал эту Конституцию. Возможно, он сделал неправильный выбор. Но он не мог сделать другого. Потому что за годы советской власти его не научили выбирать. А потом он купился на джинсы и жвачку.
Но важен факт того, что народ это ВЫБРАЛ. Пусть от незрелости. Пусть от обмана. Так же мы не сможем запретить своим детям совершать ошибки. Вы не принимаете этот выбор. А я не могу не принимать. Я говорю: "Христианин должен смиренно принимать порядок, который выбрал его народ". Даже по ошибке.
Я знаю 2 вещи. 1. Народ не может иметь власть лучше, чем он сам. Он просто ее не поймет и не примет. Вот суть христианская покорность властям. 2. Всякий порядок властный может быть сущностно преображен, если народ стал заслуживать большего.
Ни Христос, ни ап. Павел не призывал Израиль сбросить Рим. Но когда в Средиземноморье нашлась критическая масса христиан, ОНИ ИЗМЕНИЛИ РИМ. СДЕЛАЛИ ЕГО СВОИМ.
Так же и мы сегодня. Если Россия будет Православной, она может преобразить демократию. Поставить ее себе на службу. Но если мы скажем: "У нас все будет хорошо, если мы сначала ЭТО государство сломаем" мы совершим большую ошибку.
Спаситель не был революционером. Ведь что вы говорите? "Это все неправильно. Нас обманули. Это все нелигитимно. Надо это сломать. А если это выбрало большинство, не надо его слушать - у них пелена на глазах". А что это как не революция? Как не неспособность принять объективную глубину заблуждения наших соотечественников.
Я верю в то, что человек должен принимать существующее до тех пор, пока это не противно праведности, пока мы не предаем Бога.
ВЫ верите в то, что сначала политическая активность, потом гражданская.Напомню, гражданская - это борьба по существующим правилам. Политическая - за изменение этих правил. Но все наоборот. Хорошими политиками могут стать только хорошие граждане. У нас православных гражданских активистов, которые умеют работать по закону - 3 калеки.
Закон позволяет многое - активности нет. Вы же подменяте эту активность тем, что говорите "Правила изначально плохи...ничего не сделать". А это неправда. Разве пробовали по-хорошему?
А когда вы измените правила, то удивитесь. Что миллионы недобросовестных людей переврут эти новые правила. Поставят на службу своей корысти. А 1,5 процента православных как мечтали о "хорошем царе", так и будут.
Вы верите, что возможно создать политическую структуру, в которой добро не будет зависеть от нас. Оно будет само по себе из Конституции произливаться. А ГОСУДАРСТВО - ЭТО ЛЮДИ. НЕ сделать хорошего государства из плохих людей».
Русские - вот они носители
христианских ценностей или нет? Или "прогнившая Европа" все-таки
гораздо более христианская? Увы, но кажется, второе утверждение гораздо более
правильное - и наше общество еще долго придется скреплять духовными скрепами,
чтобы достигнуть европейского уровня христианизации - несмотря на все эти
гей-браки и прочие прелести.
Вообще-то после того как я уверовала, мой интеллигентский снобизм по отношению к "быдлу" поутих, и настроения а-ля "надо валить из этой страны" исчезли. В общем, взгляд на окружающих у меня стал несколько более трезвый - потому что я наконец трезво переоценила собственные заслуги, а точнее их отсутствие. И уже с этой точки зрения начала наблюдать за людьми, их поведением и собственной реакцией на них.
И вот я поняла, что главная черта, которая меня по-настоящему напрягает в окружающих россиянах - это РВАЧЕСТВО. Это довольно экзотическое слово, но лучше не придумаешь. Многие наши соотечественники как будто постоянно находятся в неврозе, пытаясь что-то УРВАТЬ - урвать вне бытовых правил вежливости или вне закона, урвать время, деньги или любые другие ресурсы. Залезть впереди очереди, перебежать на красный, свернуть из крайне правого ряда налево, отгородить СВОЕ парковочное место, на которое вообще-то никакого формального права нет. Это такие бытовые выражения. Рискну предположить, что на более высоких уровнях это выражается во всех прелестях российского госкапатализма, типа коррупции, генеральских дач руками солдат, разворовывания дорог и т.д. и т.п.
Откуда такое неуважение к законам и правилам? Русский человек не надеется, что ему что-то достанется по закону. Тем более он не верит, что есть какой-то невидимый божественный закон, который за что-то воздаст. Носи он хоть килограммовый крест на груди, он не верит в божью помощь и уж тем более божественную справедливость, зато твердо уверен, что мир несправедлив, что надеяться можно только на себя, и уж своими силами-то он себе урвет кусок хлеба с маслом.
Почему я вообще заметила это? Потому что сама готова стоять перед красным светофором на пустой улице или покорно стоять в очереди - что с точки зрения рвача означает бездумно тратить ресурсы. Я же в это время расслабленно рассматриваю цветочки или думаю о своем. Моя бытовая философия зиждется на твердой уверенности, что мы сами способны очень мало выиграть по жизни, даже изо всех сил распихивая окружающих локтями и нарушая все возможные законы и правила ради своей выгоды. Подозреваю, что это именно та внутренняя философия, которая порождает "европейское поведение" в виде вежливости ли покорности законам. Это именно философия покорности, послушания и уступки - базирующаяся на христианских ценностях. Это уверенность, что догнать и перегнать нужно прежде всего самого себя.
Я не знаю, почему этого меньше у нас - из-за формальной христианизации русской деревни всю последнюю тысячу лет и "укорененного язычества" деревенского населения, или из-за того, что в СССР по православию прошлись каленым утюгом. Кто его знает? Но по-моему, когда смотришь на напряженных, подозрительных, усталых и угрюмых людей на улицах, очевидно, что христианские ценности вообще мало впитаны русским бытом, в то время как в Европе они вошли в быт и стали поведенческой основой людей - хоть какими они там будь формально атеистами.
Для нас же же христианская жизненная философия все еще оригинальна, немассова, маргинальна - поэтому когда говорят о возрождении "традиционных ценностей", я подозреваю, что нечего нам особо ВОЗРОЖДАТЬ, кроме, опять-таки, "формального православия". А вместо этого нужно СОЗДАВАТЬ - практически с нуля, применяя недюжинные усилия и вооружившись терпением.
Вообще-то после того как я уверовала, мой интеллигентский снобизм по отношению к "быдлу" поутих, и настроения а-ля "надо валить из этой страны" исчезли. В общем, взгляд на окружающих у меня стал несколько более трезвый - потому что я наконец трезво переоценила собственные заслуги, а точнее их отсутствие. И уже с этой точки зрения начала наблюдать за людьми, их поведением и собственной реакцией на них.
И вот я поняла, что главная черта, которая меня по-настоящему напрягает в окружающих россиянах - это РВАЧЕСТВО. Это довольно экзотическое слово, но лучше не придумаешь. Многие наши соотечественники как будто постоянно находятся в неврозе, пытаясь что-то УРВАТЬ - урвать вне бытовых правил вежливости или вне закона, урвать время, деньги или любые другие ресурсы. Залезть впереди очереди, перебежать на красный, свернуть из крайне правого ряда налево, отгородить СВОЕ парковочное место, на которое вообще-то никакого формального права нет. Это такие бытовые выражения. Рискну предположить, что на более высоких уровнях это выражается во всех прелестях российского госкапатализма, типа коррупции, генеральских дач руками солдат, разворовывания дорог и т.д. и т.п.
Откуда такое неуважение к законам и правилам? Русский человек не надеется, что ему что-то достанется по закону. Тем более он не верит, что есть какой-то невидимый божественный закон, который за что-то воздаст. Носи он хоть килограммовый крест на груди, он не верит в божью помощь и уж тем более божественную справедливость, зато твердо уверен, что мир несправедлив, что надеяться можно только на себя, и уж своими силами-то он себе урвет кусок хлеба с маслом.
Почему я вообще заметила это? Потому что сама готова стоять перед красным светофором на пустой улице или покорно стоять в очереди - что с точки зрения рвача означает бездумно тратить ресурсы. Я же в это время расслабленно рассматриваю цветочки или думаю о своем. Моя бытовая философия зиждется на твердой уверенности, что мы сами способны очень мало выиграть по жизни, даже изо всех сил распихивая окружающих локтями и нарушая все возможные законы и правила ради своей выгоды. Подозреваю, что это именно та внутренняя философия, которая порождает "европейское поведение" в виде вежливости ли покорности законам. Это именно философия покорности, послушания и уступки - базирующаяся на христианских ценностях. Это уверенность, что догнать и перегнать нужно прежде всего самого себя.
Я не знаю, почему этого меньше у нас - из-за формальной христианизации русской деревни всю последнюю тысячу лет и "укорененного язычества" деревенского населения, или из-за того, что в СССР по православию прошлись каленым утюгом. Кто его знает? Но по-моему, когда смотришь на напряженных, подозрительных, усталых и угрюмых людей на улицах, очевидно, что христианские ценности вообще мало впитаны русским бытом, в то время как в Европе они вошли в быт и стали поведенческой основой людей - хоть какими они там будь формально атеистами.
Для нас же же христианская жизненная философия все еще оригинальна, немассова, маргинальна - поэтому когда говорят о возрождении "традиционных ценностей", я подозреваю, что нечего нам особо ВОЗРОЖДАТЬ, кроме, опять-таки, "формального православия". А вместо этого нужно СОЗДАВАТЬ - практически с нуля, применяя недюжинные усилия и вооружившись терпением.
Казаки и нравственность -
вечная тема. Но я думала, уже ничего интересного на эту тему написать
невозможно. А сколько уже продолжать унылое потрясание Евангелием в духе
"покайтесь, хватит бычьего напора, не по-христиански это!"
Но на днях была на встрече с замечательным человеком – Андреем Марусовым, преподавателем Сибирской академии госслужбы и главным юристом портала НГС. {Для неновосибирцев поясню, что сайт НГС – самый популярный в Новосибирске новостной ресурс, а по совместительству обитель желтухи, треша и угара, славящегося своими циничными темами и заголовками а-ля ««Я тебя буду наказывать»: ветеринар застрелил двух коллег и покончил с собой». И уж конечно, редакция это сплошь атеисты и антиклерикалы – но как с ними успешно взаимодействует православный Андрей, эта тема другого поста}.
На встрече Андрей говорил про то, как христианину проявлять себя в гражданской активности и в политике. И коснулся практически всего, что связано с популярной нынче темой околоправославной активности в гражданском поле. Резюмирую кратко то, что я вынесла из его объяснений: «пикеты за нравственность», «законы за нравственность» и православно-монархические организации – это, конечно, славное начинание, но абсолютно неэффективное.
Расскажу по порядку своими словами, да простит меня Андрей.
Вот, например, возьмем «антигейский закон». По мнению Андрея, он сделан просто для того, чтобы попиариться. В юридическом плане это никакое не закручивание гаек – просто потому, что закон по факту неприменим: понятие «пропаганда» как таковое юридически не определено. Такой закон – просто декларация, а не инструмент. Инфоповод, короче. Не чтобы за традиционные ценности бороться, а просто помахать им, чтобы рейтинги стимульнуть.
Едем дальше.
Организации, в программе которых прописано «возрождение духовно-патриотических ценностей» или «восстановление монархии» – мягко говоря, чуть менее чем полностью оторваны от реальности и неконкурентны в современной политической среде. У них не отыщешь в программах даже какой-нибудь конкретики вроде «убрать порнографическую рекламу и запретить аборты» – а вместо этого сплошь какое-нибудь «возрождение». Грубо говоря, это программы не для современных людей, пусть и православных, а для каких-то абстрактных людей, уснувших 200 лет назад и проснувшихся только сейчас. Такие организации создают у внешнего наблюдателя впечатление, что православный – это и есть такой «замороженный» из позапрошлого века. А православные должны осваивать современный политический язык, современные аргументы и уметь изящно отбивать атаки оппонентов их же оружием. Пример: известный штамп «казаки собрались и запретили выставку – какое мракобесие». «Как же так? – удивляется Андрей, – Ведь это же пример такой гражданской активности: люди собрались и совместно отстояли свою гражданскую позицию! Вот кем Европа должна гордиться!»
Еще одна интересная мысль касалась как раз запретов и пикетов. По мнению Андрея, в мире Монстрации и зомби-парадов уличная активность а-ля «пикетирование против выставок» и вовсе потеряла любое серьезное содержание: любой демонстрант теперь выглядит как ряженый, и ни одна серьезная организация при принятии решений к нему не прислушается. Вместо всего этого «пикетирования» должна начаться зрелая и профессиональная работа: например, юристы, которые сидят и пишут грамотные обращения в соответствующие инстанции.
На этом месте я предложила, что можно организовать проект по типу «Роспила» – в конце концов, такой формат гражданской активности свою эффективность доказал. То есть можно набрать несколько профессиональных юристов, которые будут писать обращения, а сочувствующие будут скидываться на их работу, параллельно накидывая поводы и голосуя за них: к примеру, ненадлежащая реклама стрип-клубов. Конечно, в таком формате гражданской активности эпатажа меньше – зато больше эффекта. И я уверена, он будет приемлем для тысяч современных православных.
Так что ответ на вопрос, может и должен быть православный активным гражданином, ответ однозначный – да! Вопрос, чтобы эта гражданская активность не сводилась к эпатажу, пиару и провокациям, а включала бы профессиональную работу, конструктивный диалог и эффективные инструменты, способные консолидировать вокруг себя верующих.
Но на днях была на встрече с замечательным человеком – Андреем Марусовым, преподавателем Сибирской академии госслужбы и главным юристом портала НГС. {Для неновосибирцев поясню, что сайт НГС – самый популярный в Новосибирске новостной ресурс, а по совместительству обитель желтухи, треша и угара, славящегося своими циничными темами и заголовками а-ля ««Я тебя буду наказывать»: ветеринар застрелил двух коллег и покончил с собой». И уж конечно, редакция это сплошь атеисты и антиклерикалы – но как с ними успешно взаимодействует православный Андрей, эта тема другого поста}.
На встрече Андрей говорил про то, как христианину проявлять себя в гражданской активности и в политике. И коснулся практически всего, что связано с популярной нынче темой околоправославной активности в гражданском поле. Резюмирую кратко то, что я вынесла из его объяснений: «пикеты за нравственность», «законы за нравственность» и православно-монархические организации – это, конечно, славное начинание, но абсолютно неэффективное.
Расскажу по порядку своими словами, да простит меня Андрей.
Вот, например, возьмем «антигейский закон». По мнению Андрея, он сделан просто для того, чтобы попиариться. В юридическом плане это никакое не закручивание гаек – просто потому, что закон по факту неприменим: понятие «пропаганда» как таковое юридически не определено. Такой закон – просто декларация, а не инструмент. Инфоповод, короче. Не чтобы за традиционные ценности бороться, а просто помахать им, чтобы рейтинги стимульнуть.
Едем дальше.
Организации, в программе которых прописано «возрождение духовно-патриотических ценностей» или «восстановление монархии» – мягко говоря, чуть менее чем полностью оторваны от реальности и неконкурентны в современной политической среде. У них не отыщешь в программах даже какой-нибудь конкретики вроде «убрать порнографическую рекламу и запретить аборты» – а вместо этого сплошь какое-нибудь «возрождение». Грубо говоря, это программы не для современных людей, пусть и православных, а для каких-то абстрактных людей, уснувших 200 лет назад и проснувшихся только сейчас. Такие организации создают у внешнего наблюдателя впечатление, что православный – это и есть такой «замороженный» из позапрошлого века. А православные должны осваивать современный политический язык, современные аргументы и уметь изящно отбивать атаки оппонентов их же оружием. Пример: известный штамп «казаки собрались и запретили выставку – какое мракобесие». «Как же так? – удивляется Андрей, – Ведь это же пример такой гражданской активности: люди собрались и совместно отстояли свою гражданскую позицию! Вот кем Европа должна гордиться!»
Еще одна интересная мысль касалась как раз запретов и пикетов. По мнению Андрея, в мире Монстрации и зомби-парадов уличная активность а-ля «пикетирование против выставок» и вовсе потеряла любое серьезное содержание: любой демонстрант теперь выглядит как ряженый, и ни одна серьезная организация при принятии решений к нему не прислушается. Вместо всего этого «пикетирования» должна начаться зрелая и профессиональная работа: например, юристы, которые сидят и пишут грамотные обращения в соответствующие инстанции.
На этом месте я предложила, что можно организовать проект по типу «Роспила» – в конце концов, такой формат гражданской активности свою эффективность доказал. То есть можно набрать несколько профессиональных юристов, которые будут писать обращения, а сочувствующие будут скидываться на их работу, параллельно накидывая поводы и голосуя за них: к примеру, ненадлежащая реклама стрип-клубов. Конечно, в таком формате гражданской активности эпатажа меньше – зато больше эффекта. И я уверена, он будет приемлем для тысяч современных православных.
Так что ответ на вопрос, может и должен быть православный активным гражданином, ответ однозначный – да! Вопрос, чтобы эта гражданская активность не сводилась к эпатажу, пиару и провокациям, а включала бы профессиональную работу, конструктивный диалог и эффективные инструменты, способные консолидировать вокруг себя верующих.
У Сологуба есть отличное стихотворение, иллюстрирующее такие деловые отношения:
Когда я в бурном море плавал
И мой корабль пошел ко дну,
Я так воззвал: «Отец мой, Дьявол,
Спаси, помилуй, — я тону.
Не дай погибнуть раньше срока
Душе озлобленной моей, —
Я власти темного порока
Отдам остаток черных дней».
И Дьявол взял меня и бросил
В полуистлевшую ладью.
Я там нашел и пару весел,
И серый парус, и скамью.
И вынес я опять на сушу,
В больное, злое житие,
Мою отверженную душу
И тело грешное мое.
И верен я, отец мой Дьявол,
Обету, данному в злой час,
Когда я в бурном море плавал
И ты меня из бездны спас.
Тебя, отец мой, я прославлю
В укор неправедному дню,
Хулу над миром я восставлю,
И, соблазняя, соблазню.
В общем, договор с Дьяволом, ворожба, демонопоклонничество, пытки, оргии и человеческие жертвы могут быть вполне себе эффективны. Вера в Бога – это не для серьезных людей, а для мечтателей, раздолбаев и фантазеров. Бог отвечает всегда неизвестно как и порой совсем не так, как ожидали. Бог дает то, что нам полезно, а не то, чего мы ХОТИМ. С человеческой точки зрения он бывает несправедлив и порой совершенно непредсказуем. Поэтому для прагматиков и реалистов «заповеди добра», за нарушение которых не прилетает сразу молния и за выполнения которых с неба не падает сразу манна – это просто морализаторский бред. Камни – это камни, хлебы – это хлебы.
Вы можете подумать, что сожженные на алтаре Молоху младенцы – это ужас-ужас-ужас и люди, которые делали это, все-таки не так продвинуты и цивилизованны, как мы. Да я вас умоляю. Археологи нашли всего 200 тысяч трупиков в развалинах Карфагена. При этом миллионы абортированных младенцев современной капиталистической цивилизации – это точно такие же жертвы во славу «успеха, свободы, процветания и самореализации». Эти жертвы так естественны, объяснимы и практичны, что только очень отсталые религиозники могут возражать против них. В нашем гуманном и свободном мире сатанизм стал такой бытовухой, что даже растерял всю романтику типа пафосных одежд жрецов и красивых жертвенников для младенцев. В общем, мы стали еще боле деловыми и практичными, чем почитатели Молоха.
Может, это звучит и странно,
но я против всяческой защиты личных данных. Ну за исключением данных моей
зарплатной карточки. Ценность личной жизни - это вообще какая-то антиценность.
Фактически она означает только право врать и скрываться. Вот Павел Дуров опубликовал
у себя на страничке такой пост:
"13 декабря 2013 года ФСБ потребовала от нас выдать личные данные организаторов групп Евромайдана. Нашим ответом был и остается категорический отказ – юрисдикция России не распространяется на украинских пользователей ВКонтакте. Выдача личных данных украинцев российским властям была бы не только нарушением закона, но и предательством всех тех миллионов жителей Украины, которые нам доверились.
В процессе мне пришлось пожертвовать многим. В частности, я продал свою долю ВКонтакте, так как ее наличие могло помешать мне принимать правильные решения. Но я ни о чем не жалею – защита личных данных людей стоит этого и намного большего. С декабря 2013 года у меня нет собственности, но у меня осталось нечто более важное – чистая совесть и идеалы, которые я готов защищать".
Удивительно дело, что либералы, люди, которые в одним случаях грудью стоят за открытость и прозрачность – в других случаях почему-то считают непрозрачность идеалом, который они готовы защищать. То есть чиновники должны почему-то свои доходы раскрывать, а революционеры имеют право свои лица скрывать. Так революционерам невыгодно – скажете вы – их же ФСБ побьет. Ну и что, скажу я и сделаю круглые глаза – а чиновникам тоже невыгодно свои Бентли декларировать! Двойные стандарты какие-то господа. Понятно, что ради идеалов открытости и прозрачности в обществе все должны чем-то пожертвовать: чиновники – своими Бентли, оппозиционеры – своей анонимностью в уютненьком Вконтакте.
Мой идеальный революционный персонаж – Ганди, который вообще ни от кого не скрывался, все свои взгляды декларировал открыто, и покорно сдавался властям и садился, если было необходимо, в тюрьму. Идеальный революционер в моей представлении должен вообще заявлять свои взгляды возле парадного входа в ФСБ, держа в руках паспорт на вытянутой руке. Ну или напрямую сделать как новосибирский оппозиционер и по совместительству радикальный христианин Василий Бубнов - сам на себя писать заявление в милицию, что я мол против власти, вяжите меня. Потому что если вы открыто делаете все доброе, гуманное и законное, а вас за это вяжут - то все общество все равно встанет на вашу защиту и вы победите, как в случае с Ганди. А если вы делаете что-то сомнительное с точки зрения нравственности и закона, прикрывая это "революционной необходимостью" – то это уже совсем другая история.
Слово "инкогнито", кстати, образовано от латинского глагола "обманывать". Так что можно точно сказать, что дьявол – отец не только лжи, но и и инкогнито.
"13 декабря 2013 года ФСБ потребовала от нас выдать личные данные организаторов групп Евромайдана. Нашим ответом был и остается категорический отказ – юрисдикция России не распространяется на украинских пользователей ВКонтакте. Выдача личных данных украинцев российским властям была бы не только нарушением закона, но и предательством всех тех миллионов жителей Украины, которые нам доверились.
В процессе мне пришлось пожертвовать многим. В частности, я продал свою долю ВКонтакте, так как ее наличие могло помешать мне принимать правильные решения. Но я ни о чем не жалею – защита личных данных людей стоит этого и намного большего. С декабря 2013 года у меня нет собственности, но у меня осталось нечто более важное – чистая совесть и идеалы, которые я готов защищать".
Удивительно дело, что либералы, люди, которые в одним случаях грудью стоят за открытость и прозрачность – в других случаях почему-то считают непрозрачность идеалом, который они готовы защищать. То есть чиновники должны почему-то свои доходы раскрывать, а революционеры имеют право свои лица скрывать. Так революционерам невыгодно – скажете вы – их же ФСБ побьет. Ну и что, скажу я и сделаю круглые глаза – а чиновникам тоже невыгодно свои Бентли декларировать! Двойные стандарты какие-то господа. Понятно, что ради идеалов открытости и прозрачности в обществе все должны чем-то пожертвовать: чиновники – своими Бентли, оппозиционеры – своей анонимностью в уютненьком Вконтакте.
Мой идеальный революционный персонаж – Ганди, который вообще ни от кого не скрывался, все свои взгляды декларировал открыто, и покорно сдавался властям и садился, если было необходимо, в тюрьму. Идеальный революционер в моей представлении должен вообще заявлять свои взгляды возле парадного входа в ФСБ, держа в руках паспорт на вытянутой руке. Ну или напрямую сделать как новосибирский оппозиционер и по совместительству радикальный христианин Василий Бубнов - сам на себя писать заявление в милицию, что я мол против власти, вяжите меня. Потому что если вы открыто делаете все доброе, гуманное и законное, а вас за это вяжут - то все общество все равно встанет на вашу защиту и вы победите, как в случае с Ганди. А если вы делаете что-то сомнительное с точки зрения нравственности и закона, прикрывая это "революционной необходимостью" – то это уже совсем другая история.
Слово "инкогнито", кстати, образовано от латинского глагола "обманывать". Так что можно точно сказать, что дьявол – отец не только лжи, но и и инкогнито.
Мне хотелось что-нибудь написать на эту тему, но в мой голове было больше вопросов, чем ответов: должен ли верующий обязательно присоединяться к какому-нибудь церковному крылу? Можно ли просто оставаться без позиции по всем этим общественно-церковным вопросам, отодвигать от себя все это подальше? Честно ли это: не срывать футболки Пусси Райот и при этом обнимать Пусси Райот? Или это просто уклонительство, конформизм и замалчивание, и нужно обязательно «вступить в борьбу» на чей-нибудь стороне? Обязана ли я вообще как-то себя насиловать – например, чаще ходит в храм, хотя мне больше нравится сидя на диване читать Святых Отцов? И значит ли это, что я должна твердо и навсегда решить, что важнее в жизни всех верующих – ходить в храм или читать Отцов?
И вот наконец я получила отличный ответ. Это статья игумена Петра Мещеринова «Жизнь православного христианина в современном мире» из книги «Наследие митрополита Антония Сурожского». В статье напрямую давался ответ на многие вопросы, которые я себе задавала. Ответ этот: «позиция частного лица» (термин Бродского). Эта позиция по ту сторону и от твердокаменного традиционализма, и от оголтелого обличения церкви. Вот цитата, которая объяснила для меня очень многое:
«Я считаю важным с некоторою подробностью пояснить, что именно это за «позиция частного лица», потому что в современной церковной и общественной ситуации я не вижу возможности вне её сохраниться просто как порядочному человеку, так что она становится едва ли не непременным и обязательным аспектом христианской жизни. Очевидно, что прежде чем погружаться в высокие церковные традиции аскетизма, исихазма и проч., необходимо состояться как личность. Собственно, позиция «частного лица» и есть необходимое условие для созревания христианской личности.
Позиция эта характеризуется следующим: во главу угла мы ставим наше личное богообщение, и им определяем нашу церковную жизнь. В зависимости от внешней и внутренней ситуации каждого человека мера этой жизни, например, принятия тех или иных сторон церковной идеологии, согласия с теми или иными Отцами может быть разной. Главным остаётся четыре вещи: 1) Священное Писание — сверять свою жизнь по нему, а не по Отцам или батюшкам, вещающим всё, что им придёт в голову; наоборот, Отцов и батюшек сверять со Священным Писанием; 2) участие в Таинствах; 3) молитва; 4) понуждение себя на исполнение евангельских заповедей.
Всё это потребует от нас свободы, ответственности, привыкания к тому, чтобы думать своей головой. Плюс — образованность: необходимо по силам изучать догматику, церковную историю, литургику, чтобы точно знать, что к чему и откуда и почему в Православной Церкви. При этом мы неизбежно пойдём против течения, против той псевдоаскетической и идеологической стадности (лжесоборности) и примитивизма, которые наличествуют сегодня в нашей церковной жизни и заслоняют от нас Христа и Его подлинную Церковь. Позволю себе ещё раз подчеркнуть, что в Церкви всё существует исключительно для того, чтобы человек обрёл Христа и жил Им и с Ним, а через Него — и в единстве любви с другими людьми. Всё: каноны, дисциплина, правила, богослужения — должны служить этому, поддерживать и укреплять жизнь во Христе. Если они этого не делают — грош им цена, они превращаются в никому не нужную шелуху. Принцип существования «частного лица» — искать в Церкви исключительно жизни во Христе; как прекрасно сказал мне когда-то Ф.Е.Василюк — выводить свою жизнь с Богом из-под всякой рутины.
Это вовсе не требует, так сказать, выхождения за церковные рамки, а значит то, что мы пользуемся всем, что предлагает нам Церковь, индивидуально, сообразно с нашей только что определённой целью и нашим устроением, обстоятельствами и проч. На практике это значит ровно то, о чём говорил преп. Серафим Саровский. Способствует, например, нашему богообщению пост — постимся. Не помогает — определяем такую его свою меру, чтобы наше христианство не превращалось в Религию Еды. Нас раздражает соприкосновение с церковной средой — сводим его к минимуму. Наводит тоску понуждение себя к учащённому посещению храма — определим себе такую, опять же, свою, меру, чтобы тоски не было, а была радость. И так далее. Возразят: но так человек совсем распустится. Отвечаю: если он ищет Христа, то не распустится, а именно найдёт свою меру.
Очень важно и то, что если такие церковные «частные лица» будут общаться друг с другом, дружить, поддерживать, помогать друг другу, тогда возникнет настоящая община. Ценность её будет в том, что она, во-первых, будет зиждиться на прочном основании — Живом Христе, а во-вторых, никак не будет противопоставлять себя церковному организму, какой он есть сейчас. Она просто будет, не обязательно территориально локализованным образом; и самим фактом своего существования поможет решать те церковно-общественные проблемы, о которых я упоминал выше.
Позиция «частного лица» совершенно исключает какое бы то ни было непослушание Священноначалию, непочтительное отношение к пастырям, презорливое отношение к церковным чинам и тому подобное. Тем более она не нуждается ни в каких реформациях и революциях. Смысл её — сугубо личное евангельское осмысление своей жизни с Богом и своего положения в Церкви в свете современного положения вещей, а не заявление своего превосходства, или общественного протеста, или что-нибудь в этом роде.
Правильность или неправильность этой позиции проверяется по наличию или отсутствию неосуждения. Позиция частного лица отличается именно тем, что осмысление жизни прилагается лично и исключительно к нашему лицу, но вовсе не к другому человеку. Если, приходя к тем или иным выводам для себя, мы думаем: «все остальные — обрядоверы, фарисеи и проч.», то мы — не на правильном пути. Осуждая кого бы то ни было, мы не можем пребыть в общении со Христом, Который Сам не осуждает никого в этой жизни, и нам велит ни в коем случае не делать этого. Лишь любя других людей, невзирая ни на что, мы уподобляемся Богу и соединяемся с ним. А богообщение и есть критерий всего, без него не может быть церковной жизни в подлинном смысле этого слова».
Для себя я сделала очень простой вывод из этого отрывка: не обязательно стараться быть либеральным или консервативным православным, обновленцем или традиционалистом. Все это - стремление быть "суперправильным" христианином в "суперправильной Церкви", и в конечном счете - осуждение и гордыня. Достаточно быть тихим и ни на что не претендующим "так-себе христианином", маленькими шажочками идущим к Богу.
И ой как мечтается порой, чтобы все это запретили. Запретили аборты, запретили геев, запретили сморкаться в транспорте, запретили курить на остановках, запретили носить леггинсы и декольте полным дамам - вообще вот взяли бы и запретили все, что мне не нравится. Издали бы десяток законов - и все, тишь да благодать. Вот к чему надо бы стремиться!
Но, к сожалению, я христианка. И четко помню, что Христос не обещал на земле никакого православного царства добра и радости, а наоборот сказал, что все вокруг будет всегда противоречить христианству. И задача христиан - "быть в мире, но не от мира". Потому что князь этого мира - сатана, который очень активно навязывает себя.
К сожалению, оскорбление христианства "нормальным миром" - это не исключение. Это правило во веки веков. И задача христианина - не пытаться убрать источники раздражения, а попытаться заглушить источник раздражение в себе. Заменив его источником смирения и жалости. А "запретить и не пущать" - это сплошной популизм.
Проблема дурацких "законов по защите нравственности" родилась не с Милоновым и не в России. Клайв Льюис пишет, например, о норме свободной любви, установившейся повсеместно, и как христиане должны относиться к этому, следующее: "Христианский принцип брака – это одно. Совсем другое – как далеко могут идти христиане, если они избиратели или члены парламента, стараясь привить свой взгляд на брак остальным членам общества? Очень многие считают, что если вы – христианин, то должны затруднить развод для всех остальных. Я с этим не согласен. Я с этим не согласен. Я, например, возмутился бы, если бы мусульмане постарались запретить нам, остальным, пить вино. По-моему, церковь должна откровенно признать, что граждане Великобритании в большинстве своем не христиане, и, следовательно, от них нельзя ожидать, чтобы они вели христианский образ жизни".
То же самое можно сказать и о гражданах России. Сейчас вся "православная духовность" выражается в основном в том, что по радио диджей разыгрывает книгу "Основы православия", а по телевизору поют похотливые песни и поздравляют с рождеством Христовым. И законами тут не поможешь.
Давно хотела почитать биографию матери Терезы - вдохновляющей женщины, католической монахини, помогавшей индийским нищим во время тяжелых гражданских войн. И вот книжка попала в мои руки... и произвела жуткое впечатление. Впрочем, чтобы не начинать сразу со своих блаблабла, приведу несколько цитат из собранных в книге писем матери Терезы, чтобы вы прониклись атмосферой:
«И все же – день за днем – возможно, только губами – я повторяла – «Дай мне почувствовать то, что чувствуешь ты. Дай разделить Твою боль» Пусть делает со мной все, что захочет»
«Всем сердцем хочу лишь того, что будем Ему угодно, как угодно, сколько угодно. И все же, отче – это одиночество невыносимо...»
«Чем сильнее боль и гуще тьма, тем радостней я буду Ему улыбаться и держаться изо всех сил»
«Ты Если моя боль и страдания хоть капельку тебя утешат – Иисусе, делай со мной все, что захочет, сколько захочешь и не думай о том, что я чувствую и как мне больно.»
«Я избрал тебя, чтобы ты могла утолить мою невыносимую жажду, а ты что же?»
«Иисус просит сейчас чересчур много...»
... и так страница за страницей. Христос из этих писем представляется мне каким-то жутким вампиром, который высасывает жизненный сок из посвященной ему девственницы, и ему мало, он ежедневно требует больше, больше крови, пока наконец не высасывает все до капельки и жертва не умирает в страшных муках с именем мучителя на губах.
Все еще думаете, что я преувеличиваю? Вот вам еще цитатка: «Истинная любовь требует полного отказа от себя. Чем сильнее мы любим, тем больше себя отдаем... Наше дело – утолить жажду умирающего от любви бессмертного Бога, и это пылкое стремление истинного Миссионера требует только одного – полной отдачи себя. Статья Его жертвой – вверить Ему себя без остатка». Если бы не знала, какую книгу читаю, я поручилась бы, что это готический роман про Князя-Вампира и вверенную ему томительно влюбленную жертвенную девственницу. Сразу вспомнилась песенка КиШа «Девушка и граф»: “Какой у вас глубокий взгляд, как он влечет и манит. Я не могу себя понять: меня к вам сильно тянет. Вы так таинственны, заворожили вы меня и в вашей власти плоть и кровь моя!” и еще оттуда же “О, сколько их, готовых кровь отдать за наслажденье! В них есть блаженство и любовь, как сон и пробужденье. Но граф всегда один под леденящим сводом тьмы: о смерти обожает видеть сны”. Нет, ну это точно песня про мать Терезу и Христа.
Недавно наткнулась на статью про «садомазохизм как настоящую любовь». Когда я читала этот удивительный опус, меня поразила его извращенная логика: мазохизм преподносился там как истинная любовь, противопоставленная обыденной, «мещанской» и «ванильной» любви обычных людей. Потому что чем больше отдаешь и жертвуешь, тем больше любишь! Поэтому мазохизм – это правильная любовь, в которой нет эгоизма. Одним словом, идея этой статьи полностью вписываетсяв приведенную выше цитату «Истинная любовь требует полного отказа от себя. Чем сильнее мы любим, тем больше себя отдаем». Пересказывать эту статью подробно сейчас не буду, но вот эту фразу приведу «Вообще, по правде говоря – ему принадлежит все целиком – и тело, и эмоции». Речь идет о доминирующем садисте, но цитата легко бы вписалась в письма матери Терезы. Судя по ним, христианскую любовь можно неожиданно спутать вот с такой вот... любовью.
В ответ на эту мазохистскую любовь получаешь боль и страдания. Сами посудите: «Что же до меня – молчание такое глухое, пустота такая кромешная, что я смотрю и не вижу, слушаю и не слышу». Согласитесь, от этой безответной преданности Христу веет просто какой-то подземельной жутью? Вот и встретивший мать Терезу священник делится впечатлениями: «Когда я ее слушал, мне представилась маленькая, увитая плющом и цветами хижина, снаружи прогретая солнцем, но темная и сырая внутри». Как тут не вспомнить цитату «Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что уподобляетесь окрашенным гробам, которые снаружи кажутся красивыми, а внутри полны костей мертвых и всякой нечистоты».
Автор с энтузиазмом восхваляет желание матери Терезы стать «жертвой Христа», как будто христовой жертвы христианам мало: «матери Терезе ... удалось разделить жажду, которой томился Христос на Кресте, заглянуть в бездну оставленности, в которую сошел он...». Вот это да, вот это победа, дайте две! Еще в паре мест автор так же восхищается, что Терезе удалось уподобиться Богу. Вот делится воспоминаниями ее близкий священник: «Ей стало гораздо легче принять тьму, когда она поняла, что «темная ночь» особым образом дает ей соучаствовать в страстях Христовых». А вот сама Мать Тереза: «Я полюбила тьму – теперь знаю, что это малая, ничтожно малая часть той тьмы и боли, от которой страдал на земле Христос. Вы научили меня принимать ее как «духовную плату за труды»
«Воу-воу, полегче» – хочется сразу возразить мне – «А как же «Придите ко мне труждающиеся и обремененные, и я успокою вас, ибо бремя мое легко»?. Нет уж, не тут-то было. Мать Тереза думает совсем иначе: «позвал меня и обещал, что я буду много страдать». То есть нате вам лучше тьмы и боли, а не легкого бремени. «Порой тоска становилась такой беспросветной, что мать Тереза в ужасе думала, что стоит перед бездной ада: я готова провести в страданиях целую вечность, если это Его хоть немного утешит». Но Христос, кажется, не требовал себе никакого утешения, он наоборот хотел утешать! Как же так?
Читаем: «Я хочу стать святой, во всем уподобиться Тому, Кто «кроток и смиренен сердцем», и над этими добродетелями намерена трудиться более всего». В этом заявлении явно взаимоисключающие параграфы: хочет быть кроткой и... СВЯТОЙ!
Автор поддерживает: «”Мне хотелось отдать Христу наипрекраснейшее, отдать полностью, без остатка” - за этим святым безумием любви, щедрым, безоглядным «да» Богу выступала все та же «жажда чаши».
Так вот откуда эта почти эротическая мазохистская жертвенность! Желание стать Святым! Желание стать подобным самому Богу, который страдал на кресте, и страстное разделить с ним его чашу и его крест. Но вчитаемся в Евангелие – во-первых, сам Христос, как человек, совсем не был в экзальтированном восторге от возложенной на него миссии умереть на кресте, и просил Бога пронести мимо него чашу сию. Во-вторых, тем более он не просил своих учеников страдать рядом с ним и стать подобными ему! Наоборот, тому же Петру он наглядно продемонстрировал, что тот, прежде чем пропоет петух, трижды отречется от Христа, чтобы спасти свою шкуру. И потом Христос снова принимает труса-Петра, который говорит, что любит его. То есть все, чего требует Христос от своих последователей – это не стать святым и подобным богу, совсем нет! А просто признать себя грешным – и обрести внутренний мир. «Придите ко мне все труждающиеся и обремененные – и я успокою вас. Ибо бремя мое ЛЕГКО» Очевидно, Христос не требует ежедневно чьей-нибудь крови, или чьей-нибудь бессоницы, депрессии, болезни, перенапряга и надрыва – того, что привело Терезу к ее «внутренней тьме». Он не просит, чтобы те, у кого мир в душе, добровольно стали вдруг «труждающимися и обрмененными». Очевидно, он требует не мазохистской истерической любви, а скорее, как ни банально, обещает тихое мещанское счастье для слабых и грешных людей. Вопрос, что без Христа попробуй добейся этого тихого мещанского счастья – скорее сатана затянет в самые лютые мещанский ад депрессии, одиночества, ненависти, привычных измен, семейной педофилии, родительского доминирования и тд и тп.
Измученная, замотанная Тереза, не отказывающаяся ни от какой работы в своем «пути к смирению» на самом деле пытается взять приступом небеса – и вместо этого получает чернейшую депрессию и богооставленность: «Мать Терез настойчиво пыталась разрешить не дававший ей покоя парадокс: если Бог так близко, почему она чувствует себя оставленной, отверженной, одинокой?» Действительно, почему? И следующее же предложение: «Но что бы ни нашептывали ей чувства, ее разум и воля не искали ничего, кроме Бога». Понятно – волевой и разумный человек. Зачем ей Христос вообще?
В свете всего этого понятно, почему мать Тереза скрывала свою духовную жизнь: «меня всегда смущает, когда начинают копаться в духовной жизни – все эти частые визиты, долгие разговоры». И процитированные в книге письма хотела пожечь – с этого и начинается книга.
Один раз в книге я встретила глас разума в лице архиепископа, друга Терезы: «Архиепископ Перье пытался ее успокоить. «Не надо нарочно искать страданий, - советовал он. – Всемогущий Бог и без того посылает их каждый день». На фоне героического самопожертвования Терезы голос архиепископа звучит как тихий голос смирения и скромности.
В связи с этим мне вспомнились две притчи. Первая из них была рассказана здесь Василием, давно продвигающим идею «грешников во Христе». Притча первая: к монаху, который давно практикует аскетическую жизнь в пустыне, приходит ангел, что в городе живут две женщины, которые святее его. Монах идет в гости к женщинам, чтобы выспросить у них их духовные практики, а женщины в шоке – это обычные домохозяйки, просто любящие мужа и детей. Вторая притча похожая – монах пошел искать более святого, чем она сам человека, и ангел ему указывает на обычного мужика, который вроде бы не отличается духовными подвигами. А мужик, оказывается, просто каждый день говорит себе: «Какой же я грешник... Все люди в этом городе лучше меня, все спасутся, кроме меня...» Эти две притчи говорят по-разному об одном и том же: не «духовного подвига» и надрывной святости Христос требует от своих последователей (как не требовал его от предателя Петра), а скромной, тихой любви и каждодневного признания своих грехов.
Каждый из нас ищет для себя какую-то «модель христианина». Кто-то находит святых подвижников, кто-то Александра Невского, кто-то, как мать Тереза, – самого Христа. Но, похоже, это большая ошибка. Модели «истинного христианства» – вот в этих двух притчах: скромные домохозяйки и скромный мужичок, сокрушающийся о своих грехах.
Очевидно, «обычная жизнь» представляет достаточно поводов, чтобы помочь ближнему или «простить ближнего до семижды семи раз», да и вообще – всячески пытаться совершенствоваться и каждый раз наблюдать, как ты жалок в этих попытках. Вот муж, например, вчера вычитал: радостно принять тот факт, что у тебя что-то украли – это даже круче, чем дать милостыню. Если распространить этот принцип на христианскую жизнь в целом, то получается, что радоваться тем проблемам и обидам, которые выпадают каждый день на нашу долю, лучше, чем нарочно «искать страданий» (или Креста, или Чаши, или борьбы за духовные скрепы и спасение Руси – кому как больше нравится). Святые отцы не раз замечали, что при излишних духовных подвигах слишком велика вероятность впасть в гордыню и тьму, и оооочень далеко уйти от Бога.
Вернемся к вопросу матери Терезы, великой подвижницы и лауреата Нобелевской премии мира, «почему она чувствует себя оставленной, отверженной, одинокой?» Похоже, потому, что «Бог гордым противится, а смиренным дает благодать» (Иак. 4, 6)
Суть игры такая:
1) есть несколько команд, у каждой листочек для записи хода
2) есть несколько ходов, на каждом из которых на листочек можно записать X или Y
3) если все 4 команды ставят в игровом листе Икс, то все проигрывают, если все ставят Y, то все выигрывают. Казалось бы – чего проще, всем ставить Y и выигрывать. Ан нет, ведь есть еще
4) если кто-то ставит X, а кто-то Y, то X выигрывает гораздо больше очков, а Игреки – проигрывают.
То есть если быть злым, пока все добренькие, можно выиграть больше, чем если быть добреньким, как все.
На протяжении игры есть несколько раундов переговоров между командами. На них можно договориться всем ставить Y и выигрывать. А можно после переговоров обмануть и поставить X – тогда все проиграют, а ты один будешь в белом. А могут обмануть двое – и они выиграют, а те кто поставил добрый игрек – проиграют. В общем, возможно множество стратегий на пути к успеху, помимо унылого однообразного проставления игреков, выигрышных для всех: обман, просчет, интриги и т.п.
И хотя никаких реальных бонусов эта игрушка не несла, сложно представить, сколько неподдельных эмоций вызвала она у серьезных менеджеров, руководителей, да хотя бы – взрослых людей! Подозрение, нервы, ненависть, обман и интриги веяли над тихим учебных классом. Люди краснели, бледнели, смотрели исподлобья, орали (тренеры потом рассказали, что иногда во время этой игры доходит и до драки).
Дело в том, что после первых переговоров мы все договорились ставить игрек ко всеобщему счастью, но.... в реальности кто-то поставил злосчастный Икс! Что после этого началось.... все начали просчитывать, кто виноват и что делать, и наконец пришли к выводу, что честными быть невыгодно. После этого стратегия добра и радости и выполнения условий переговоров уже не сработала ни разу. Но так в одной команде был одинокий островок твердых моральных принципов в моем лице, то мы уныло ставили игреки, несмотря на то, что очевидно проигрывали более хитрым и коварным коллегам. На каждом ходу обманывало все больше команд, пока наконец на финальном ходу не осталась только одна команда, которая поставила Y, а все остальные поставили X. Так на этом ходу мы дали всем выиграть, поставив одинокий Y добра (напомню, если бы все поставили коварный X, все команды ушли бы в глубокий минус).
И вот – финал. И тренеры спрашивают у всех команд – как прокомментируете стратегию? Нам было проще всего: мы сказали, что сознательно шли на проигрыш ради общего блага, и не испытываем разочарования. Остальные начали говорить, что после того, как кто-то один обманул, не выполнив условий договора, они поняли, что надо действовать в агрессивных обстоятельствах и быть хитрыми и злыми, чтобы выиграть!
После того, как все высказались, тренер, наш директор, сказал: «Реальный результат игры – общий. Если бы все от самого начала ставили Y, у вас было бы 10000 баллов, а в итоге 1500. А на том ходу, где впервые кто-то обманул – на самом деле все поставили Y, как и договаривались. Но мы, чтобы проверить вашу реакцию и разнообразить игру, всем поставили минусы, чтобы вы думали, что кто-то не выполнил условий договора. После этого вы сами видели, что началось...»
В аудитории воцарилась стыдливая тишина.
Директор продолжил: «Справедливости ради отмечу, что за все время, пока я веду этот тренинг, только двум командам удавалось выйти на правильные рельсы после такого подвоха. Остальные действовали так же, как вы. А некоторым и подвох не был нужен».
После этого слово еще раз предоставили нам, и «победили» начали оправдываться, а я, оттолкнувшись от ничтожного повода, смогла произнести вдохновенную речь, про то, как важно следовать принципам. Немного дополнив, я повторю ее и сейчас.
В мире и правда есть огромный дефицит доверия, дефицит веры. Чтобы перетянуть чашу весов на сторону добра, у кого-то веры должно быть больше. Эта вера должна быть сильнее, чем минутные обстоятельства, которые диктуют тебе поступить вопреки добру и радости.
Каждый из нас выбирает в жизни – поступить так, чтобы что-то выиграть за счет других, или поступить очевидно во вред себе, но следуя тем принципам добра, которые есть внутри. Хотя эти принципы вроде бы совсем невыгодны и не соответствуют действительности и обстоятельствам, которые диктуют свое «не верь!»
Реальность очевидна – мир во зле, люди обманывают и нарушают слово, ставят иксы вместо игреков. Люди играют нечестно, и идиот, который верит другим, проиграет. Но если бы участники этой игры на тренинге смогли бы один раз простить, то выиграли бы гораздо больше. Получается, что веры, умения прощать, забивая на очевидное и следуя принципам, достаточно, чтобы проиграв сегодня, выиграть уже завтра. «Не стоит прогибаться под изменчивый мир, пусть лучше он прогнется под нас».
Не нужно ссылаться на какие-то «обстоятельства» и «условия игры». Наша собственная внутренняя структура должна против той, что вовне, должна сама формировать нашу реальность. Мир – как коллективная галлюцинация, он подстроится под вас, если сигнал достаточно силен и не перебивается помехами. Вера в том, что люди хороши, вопреки очевидным фактам, способна сделать людей лучше. Как говаривал апостол Павел, «любовь Бога доказывается тем, что Христос умер за нас, когда мы были еще грешны».
Простить ведь очень сложно сложно: какой-то гад загреб весь выигрыш, поставив Х, а мы все такие добренькие – проиграли! Что же я буду до конца проигрывать, как идиот?! Но именно так поступил Христос – проиграл до конца, как идиот. Проиграл до смерти. И вдруг, как на нашем тренинге, оказалось, что конец вовсе не там, где все думали, и условия выигрыша совсем не те, что все думали, и «реальность» игры совсем не такая, как все привыкли видеть. А такая, как говорил безумный плотник Иисус, поступая вопреки всем разумным сценариям.
Потому что «мудрость мира есть безумие перед Богом». Мнимая мудрость жизни «по обстоятельствам», в соответствии с «современными принципами и последними исследованиями» – полное безумие в свете вечной и простой логики добра и зла, действующей везде – от простого тренинга до мировой политики.
В общем, сегодня я загуглила и обнаружила, что редакция “Эксперта” снабдила открытие этой рубрики большой вступительной статьей. Приведу несколько фрагментов (почитать целиком и заодно почитать статьи в рубрике можно по ссылке http://expert.ru/expert/2013/44/aktualnoe-bogoslovie/.
“Наличие в деловом журнале богословской тематики не является обычной практикой, поэтому мы предваряем первый материал рубрики «Актуальное богословие» особым вступлением. Небольшое пояснение будет сопровождать публикации и в дальнейшем.
Мы исходим из того, что существуют разные способы познания мира: рациональный научный, образный художественный, философский, религиозный.
(...) Результаты естественнонаучной деятельности в Новое время столь сильно изменили жизнь людей по сравнению с предыдущими веками и тысячелетиями, что это не могло не сказаться на отношении к науке. Чрезвычайная продуктивность науки позволила ей занять доминирующее положение в способах познания мира. Появилась концепция прогресса, предполагающая постоянный переход человечества от более архаичного состояния к все более продвинутому, развитому. И в этой концепции роль науки часто представлялась едва ли не решающей.
Апофеоз «обожествления» науки и отвержения религии мы наблюдали в собственной стране всего несколько десятилетий назад. Советский проект задумывался как предельно рациональный, основанный как раз на концепции прогресса, перехода общества от одной, менее развитой, стадии к другой, более развитой.
Мы и сейчас наблюдаем негативное отношение заметных общественных групп к религиозной деятельности, вполне в духе прогрессизма или даже большевизма. По нашему мнению, эти проявления часто являются следствием слабой просвещенности. Преодолению чего и будет способствовать, как мы надеемся, предлагаемая рубрика.
(...)
Известный тезис Лапласа «в гипотезе Бога я не нуждаюсь» давно стал общим местом. Возможно, эта «гипотеза» действительно не нужна для того, чтобы ответить на определенный круг вопросов естественнонаучного и отчасти даже гуманитарного характера. Но, похоже, без нее не обойтись, когда вопросы, стоящие перед обществом, столь сложны и масштабны, что рутинные рациональные научные процедуры не могут дать надлежащие ответы.
(...)
Богословие, богопознание — это свобода задавать вопросы, которые не могут быть поставлены ни в одной иной системе взглядов. Это вопросы цели мира как такового: есть ли она в принципе, и если да, то в чем? Это вопрос о смысле жизни каждого человека в его предельной постановке: есть ли высший, самый высший, смысл, находящийся за пределами социального, биологического, психологического, физического? Есть ли жизнь за порогом смерти? Вне гипотезы Бога на все эти вопросы следуют скучные ответы «нет», «никакого», но как-то это не по-научному. Хотя наука и богословие, да, это совершенно разные способы познания мира. Наука говорит о бесконечности видимого мира, религия — о бесконечности высших устремлений человеческого духа.
Попытки содержать религию в своего рода гетто, отдельно от всего «светского», унаследованные российским светским обществом от советского, очевидно не удались. Христианство знает, что величие духа скрывается чаще всего под покровом полнейшей незаметности. И только иногда оттуда пробивается свет, который не видеть уже нельзя”.
Maxim Mishuu
А вообще - Христос не "руководитель", а Учитель. Поэтому тут не о менеджменте, а о педагогике нужно говорить
Мысль на самом деле очень точная и глубокая. Правильный менеджмент и правильная педагогика именно и сходятся здесь. Правильный, не авторитарный, менеджмент - это развитие команды, прежде всего. Развитие людей, а не скукоживание их до "винтиков".
По жизни чаще получается, что скорее педагогика превращается в авторитарный и неэффективный менеджмент, чем менеджмент - в неавторитарную педагогику.
Тем не менее в истории, по-видимому, были вполне успешные попытки совмещения. Например, я недавно я с удивлением узнала о существовании так называемого Крестовоздвиженского братства - коммуны, созданной помещиком Неплюевым, который для начала взял на воспитание крестьянских ребятишек, воспитывая их в христианском духе, а потом на основе этой школы выросло огромное хозяйство с огромным количеством производств на его территории. Хозяйство стало одни из самых успешных в России, а существовавший в советское время на его основе колхоз до 60-х годов 20 века оставался передовым.
То есть в такой школе-производстве одновременно реализуются и самые передовые педагогические идеи (обучение через действие, совместная полезный труд учителя и учеников), и самые передовые идеи HR-менеджмента - воспитание команды с как можно более раннего этапа, максимум горизонтального взаимодействия. То есть это все про одно и то же.
Как однажды сказал мне один замечательный человек: "Политика - это та же педагогика". Теперь понятно, что и вообще управление - это та же педагогика.
Отметаем сразу наивный вариант, что люди тогда были тупее и впечатлительнее. Нет, это были все те же бизнесмены, госслужащие и успешный креативный класс, что и сейчас. Которые оставляли свои обжитые хатки и привычный образ жизни, услышав нечто от апостолов. Как, как это вообще происходило?!
На самом деле чем дальше, тем понятнее все это. Я смотрю на свою жизнь – со стороны она очень даже ничего. Я не выпиливаю лобзиком, а работаю на очень интересной работе и нормально зарабатываю, я жую сыр с плесенью и иногда суши, у меня куча преинтересных знакомых, с которыми я с удовольствием тусуюсь. Изнутри моя жизнь в среднем выглядит так: в будни я тащусь утром на работу в печали, на работе совершаю какие-то манипуляции мозгом, в обед что-то жую 15 минут, потом час дремлю на диванчике в столовой, вечером возвращаюсь и совершаю какие-то манипуляции руками и ногами, гуляю с собакой, потом сворачиваюсь клубочком, плачу от тоски и потихоньку засыпаю. В выходные на тусовках с интересными людьми я чувствую себя инопланетянином, и в основном молча слушаю и недоумеваю, очень редко попадая с кем-то в резонанс. Я живу как будто в какой-то космической пустыне, в разряженной атмосфере, в прострации, в другом измерении, в легкой шизофренической отделенности от мира.
Из этого состояния меня вытягивают две вещи: чтение Евангелия и написание этого блога. Когда я открываю Евангелие и читаю про этих ребят, которые отдавали все свое имущество общине, на меня как будто светит с этих страниц каким-то прожигающим лучом. Ко мне приходит понимание, осознание, да просто человеческая радость! Наконец из какого-то двигательно-мыслительного аппарата я становлюсь человеком, я чувствую силу, надежду, вдохновение – то же, что чувствовали люди, которые слышали апостолов, которые рассказывали им про чудо. Я чувствую, как будто немножко поднимаюсь над землей и вижу небо чуть ближе. Да, как будто «приблизилось Царство Небесное».
У апостолов был дар исцелять людей. Это не шутки и не байки, я уверена – они просто ходили и исцеляли больных. И в этот момент я чувствую, что это вполне реально. Что с этим чудом – с верой, надеждой, любовью – нет ничего проще, чем исцелить, например, рак. И мне становится очевидно, что рак – это просто финализирование этой внутренней тоски и обреченности, которые регулярно ощущаю я, и которую чувствуют тысячи людей вокруг меня.
И вот апостолы ходили – и прогоняли эту тоску, исцеляли людей, и была «великая радость» в городах, где они ходили. И вдруг я со всей ясностью чувствую, какая деньги ерунда рядом с возможностью одним прикосновением исцелить людей! Никакой свечной заводик не стоит такой возможности! В Деяниях апостолов есть эпизод, когда человек хочет за деньги выкупить этот «дар Святого Духа» – наивный парень. Ясно, что деньги рядом с настоящим чудом, настоящим счастьем действительно превращаются в пыль. И люди, которые ощущали это счастье, эту веру, отдавали деньги просто не задумываясь, как бессмысленный хлам. То же самое сделали бы любые современные олигархи, любые коррупционеры, любые суровые фсбшники, появись перед ними люди, в которых веры было бы хотя бы с горчичное зерно! Потому что все сильные мира сего так же катастрофически несчастны, как и мы, простые смертные, а скорее всего, гораздо несчастнее: они-то знают «всю правду» о людях и мире, и им труднее себя обманывать минутными развлечениями.
Все ужасно просто. Просто и ужасно. Эти моменты просветления и этот бложик, похоже, никогда не дадут мне спокойно созидать мой свечной заводик. Они полностью обессмысливают эту деятельность. Начинаешь думать о чем-нибудь типа «надо составить бизнес-план, завести счет...» и вдруг начинает внутри стучаться упрямая мысль: «А как насчет познать вечное счастье, исцелять людей и бонусом еще видеть будущее?» Ну что ты будешь делать! «Да, да, да!» – кричу я – «Забирайте ВСЕ! Ну наконец-то! УРА!! Царство Небесное? ДАЙТЕ ДВЕ!!»
И безумно радуюсь :)
Иногда я читаю не только комменты в группе, но и какие-нибудь обсуждения на страницах людей, которые репостят мои записи. И вот наткнулась на прекрасное в ответ на мой пост, что не бывает комфортного христианства, что Евангелие требует жертвы и отречения от мира.
Комментарий был такой:
"Часто мы читаем эти предупреждающие слова Иисуса, забываем, что это Он сказал до того, когда был в силе Закон, но после того, как Он пролил Свою кровь на кресте многое изменилось. Если из-за преступления всего лишь одного человека воцарилась смерть, то тем более через одного Человека, Иисуса Христа, будут царствовать в жизни те, кто принимает богатство благодати и дар праведности! Царствовать в этой жизни!"
Ооо, как бы евреи обрадовались, если бы Христос реально такое сказал! Никакого распятия, треша и угара - только увитый розами ослик во главе двух батальонов ангелов, которые сметают языческий Рим и расчищают дорогу евреям, которые "приняли богатство благодати и дар праведности". Счастливые фарисеи - элита еврейского общества, самые мудрые и праведные - отправляются "царствовать в этой жизни". Хэппи энд и никакой душевной драмы. А христианские мученики - ну, они просто немного недопоняли месседж.
Но - увы.
Если репостите эти записи или просто рискнете вслух обсуждать поднимаемые здесь темы - будьте готовы к тому, что друзья не поймут (кем бы вы ни были), потому что все, что я пишу, я пишу о самых больных вопросах веры: "Не думайте, что Я пришел принести мир на землю; не мир пришел Я принести, но меч, ибо Я пришел разделить человека с отцом его, и дочь с матерью ее, и невестку со свекровью ее" (Мф. 10:34)
У всех у нас есть друзья вконтактике, приятели, родственники, даже единоверцы, но "сказываю вам: в ту ночь будут двое на одной постели: один возьмется, а другой оставится; две будут молоть вместе: одна возьмется, а другая оставится; двое будут на поле: один возьмется, а другой оставится". (Лук.17:24).
Двое будут болтать Вконтактике: один возьмется, а другой оставится, двое будут пить кофе в кофейне: один возьмется, а другой оставится, двое будут стоять в храме на службе: один возьмется, а другой оставится.
"Вот, вышел сеятель сеять; и когда он сеял, иное упало при дороге, и налетели птицы и поклевали то; ..иное упало в терние, и выросло терние и заглушило его; иное упало на добрую землю и принесло плод: одно во сто крат, а другое в шестьдесят, иное же в тридцать. Кто имеет уши слышать, да слышит!... Потому говорю им притчами, что они видя не видят, и слыша не слышат, и не разумеют; и сбывается над ними пророчество Исаии, которое говорит: слухом услышите - и не уразумеете, и глазами смотреть будете - и не увидите, ибо огрубело сердце людей сих и ушами с трудом слышат, и глаза свои сомкнули, да не увидят глазами и не услышат ушами, и не уразумеют сердцем, и да не обратятся, чтобы Я исцелил их....Вы же выслушайте значение притчи о сеятеле: ко всякому, слушающему слово о Царствии и не разумеющему, приходит лукавый и похищает посеянное в сердце его - вот кого означает посеянное при дороге... А посеянное в тернии означает того, кто слышит слово, но забота века сего и обольщение богатства заглушает слово, и оно бывает бесплодно. А посеянное на доброй земле означает тех, которые слушают слово и принимают, и приносят плод, один в тридцать, другой в шестьдесят, иной во сто крат". (Мф., 13)
Ничего нового за тысячи лет. Каждому из нас приходится выбираться, каким семенем он будет.
В одном из свои старых стихотворений атеистических времен нашла вот такие строки:
"Не подходи слишком близко, ты видишь – я не я,
Я разорвал последнюю тонкую нить
И я не ищу своим действиям оправдания
Я жертвую истиной, чтобы остаться жить".
Я была еще сугубой ницшеанкой, когда писала эти строки: мораль относительна, христианство абсурд и все такое прочее. Жертвовала истиной и оправдания не искала.
А кто жертвует истиной и при этом ищет оправдания - становится "хорошим христианином", который "принимает богатство благодати и дар праведности". В добрый путь...
Подписаться на:
Сообщения
(
Atom
)
