Новые статьи
Показаны сообщения с ярлыком проблемы семьи. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком проблемы семьи. Показать все сообщения
В 95% случаев разводиться – это
как перестраиваться в пробке из одного ряда в другой. Вот-вот, сейчас соседний
ряд едет быстрее! Метнусь туда, ой простите что помешал. А нет, вон следующий
быстрее едет! Ой, а в моей ряду все вроде тоже стало ничего…
Всегда кажется, что у соседа жена добрее, а только моя меня пилит. Что у подруги муж заботливей и успешней, это только мой раздолбай. Всегда кажется, что вот эта полузнакомая коллега была бы лучшей женой, чем нынешняя жена.
И что соседний ряд в пробке едет быстрее.
Всегда кажется, что у соседа жена добрее, а только моя меня пилит. Что у подруги муж заботливей и успешней, это только мой раздолбай. Всегда кажется, что вот эта полузнакомая коллега была бы лучшей женой, чем нынешняя жена.
И что соседний ряд в пробке едет быстрее.
У Сологуба есть отличное стихотворение, иллюстрирующее такие деловые отношения:
Когда я в бурном море плавал
И мой корабль пошел ко дну,
Я так воззвал: «Отец мой, Дьявол,
Спаси, помилуй, — я тону.
Не дай погибнуть раньше срока
Душе озлобленной моей, —
Я власти темного порока
Отдам остаток черных дней».
И Дьявол взял меня и бросил
В полуистлевшую ладью.
Я там нашел и пару весел,
И серый парус, и скамью.
И вынес я опять на сушу,
В больное, злое житие,
Мою отверженную душу
И тело грешное мое.
И верен я, отец мой Дьявол,
Обету, данному в злой час,
Когда я в бурном море плавал
И ты меня из бездны спас.
Тебя, отец мой, я прославлю
В укор неправедному дню,
Хулу над миром я восставлю,
И, соблазняя, соблазню.
В общем, договор с Дьяволом, ворожба, демонопоклонничество, пытки, оргии и человеческие жертвы могут быть вполне себе эффективны. Вера в Бога – это не для серьезных людей, а для мечтателей, раздолбаев и фантазеров. Бог отвечает всегда неизвестно как и порой совсем не так, как ожидали. Бог дает то, что нам полезно, а не то, чего мы ХОТИМ. С человеческой точки зрения он бывает несправедлив и порой совершенно непредсказуем. Поэтому для прагматиков и реалистов «заповеди добра», за нарушение которых не прилетает сразу молния и за выполнения которых с неба не падает сразу манна – это просто морализаторский бред. Камни – это камни, хлебы – это хлебы.
Вы можете подумать, что сожженные на алтаре Молоху младенцы – это ужас-ужас-ужас и люди, которые делали это, все-таки не так продвинуты и цивилизованны, как мы. Да я вас умоляю. Археологи нашли всего 200 тысяч трупиков в развалинах Карфагена. При этом миллионы абортированных младенцев современной капиталистической цивилизации – это точно такие же жертвы во славу «успеха, свободы, процветания и самореализации». Эти жертвы так естественны, объяснимы и практичны, что только очень отсталые религиозники могут возражать против них. В нашем гуманном и свободном мире сатанизм стал такой бытовухой, что даже растерял всю романтику типа пафосных одежд жрецов и красивых жертвенников для младенцев. В общем, мы стали еще боле деловыми и практичными, чем почитатели Молоха.
Это не история про то, что восхищаться самовлюбленными гениями женщинам лучше издалека, чтобы потом не запираться в комнате и не пить коньяк с горя. И даже не про то, что любовь-ненависть – это вовсе не любовь, а созависимость, садо-мазохизм и еще что угодно другое. Это история про то, откуда растут ноги у зла вообще, и у «относительности морали» в частности.
Дело в том, что у Дау была своя теория, которая объясняла, почему он не верблюд. Она была такая: все мужики изменяют, лгут и выкручиваются. Так зачем же лгать и выкручиваться, если можно изменять как честные интеллигентные люди – приводя любовниц домой по расписанию?
Ландау ни в коем случае не хотел признать себя плохим мужем и просто подлецом – гораздо проще было признать мораль устаревшей: ведь ВСЕ изменяют. Значит – это нормально. А ненормально только то, что при этом лгут и изворачиваются. Так в конце концов, тварь я дрожащая или право имею?! Конечно, имею, ведь я же свободомыслящий человек! То есть Дау даже не захотел стыдиться своих действий: они были оправданы по всей форме. Мысль «а может все-таки МОЖНО не изменять» в такой системе, конечно, отбрасывается.
История Дау и его жены – иллюстрация вечного принципа, что гордость и «хорошесть» – это главное топливо зла. Именно поэтому Христу было проще обратиться к откровенным грешникам вроде мытаря или блудницы, чем к самоуверенным фарисеям. Признание себя грешным и плохим дает шанс поступать иначе. Оправдание себя, признание себя хорошим и правильным дает злу качественных скачок: от обжимания любовниц по углам до расписания по вытуриванию жены в другую комнату. В исторической перспективе этот принцип позволяет перейти от убийств в гневе к массовым расстрелам «неправильных людей». Обоснованным, разумным и необходимым расстрелам по расписанию. Ведь мы же свободомыслящие люди.
И ой как мечтается порой, чтобы все это запретили. Запретили аборты, запретили геев, запретили сморкаться в транспорте, запретили курить на остановках, запретили носить леггинсы и декольте полным дамам - вообще вот взяли бы и запретили все, что мне не нравится. Издали бы десяток законов - и все, тишь да благодать. Вот к чему надо бы стремиться!
Но, к сожалению, я христианка. И четко помню, что Христос не обещал на земле никакого православного царства добра и радости, а наоборот сказал, что все вокруг будет всегда противоречить христианству. И задача христиан - "быть в мире, но не от мира". Потому что князь этого мира - сатана, который очень активно навязывает себя.
К сожалению, оскорбление христианства "нормальным миром" - это не исключение. Это правило во веки веков. И задача христианина - не пытаться убрать источники раздражения, а попытаться заглушить источник раздражение в себе. Заменив его источником смирения и жалости. А "запретить и не пущать" - это сплошной популизм.
Проблема дурацких "законов по защите нравственности" родилась не с Милоновым и не в России. Клайв Льюис пишет, например, о норме свободной любви, установившейся повсеместно, и как христиане должны относиться к этому, следующее: "Христианский принцип брака – это одно. Совсем другое – как далеко могут идти христиане, если они избиратели или члены парламента, стараясь привить свой взгляд на брак остальным членам общества? Очень многие считают, что если вы – христианин, то должны затруднить развод для всех остальных. Я с этим не согласен. Я с этим не согласен. Я, например, возмутился бы, если бы мусульмане постарались запретить нам, остальным, пить вино. По-моему, церковь должна откровенно признать, что граждане Великобритании в большинстве своем не христиане, и, следовательно, от них нельзя ожидать, чтобы они вели христианский образ жизни".
То же самое можно сказать и о гражданах России. Сейчас вся "православная духовность" выражается в основном в том, что по радио диджей разыгрывает книгу "Основы православия", а по телевизору поют похотливые песни и поздравляют с рождеством Христовым. И законами тут не поможешь.
- Потому что я твоя жена?
- Ну да, и к тому же у тебя принципы! Люблю христианские принципы. С другой женой еще может всякая жесть грозить вроде развода.
- Ну да, христианская жена - это отличное приобретение!
Вот так вот муж доволен своим выбором. И его, в общем, можно понять. Современный брак - это все-таки очень зыбкий договор. Так сказать, взаимовыгодное сотрудничество, которое можно в любой момент расторгнуть. Недавно слышала в одном фильме такой диалог:
- Как это - жить с женщиной?
- Это как аукцион - никогда не знаешь, твое ли предложение самое лучшее.
В общем, вечный невроз ждет в мире без принципов даже большинство женатых. Любая проблема способна сделать твое предложение не самым лучшим - потолстел, замотался на работе, да мало ли что еще. Что уж говорить о всех прочих свободных отношениях между М и Ж.
Между тем "закрыть" эту сферу для каждого человека важно, чтобы просто гармонично развиваться. Иметь подпитку, опору в семье важно, чтобы успешно работать и при этом не спиваться и не есть успокоительное. В основном же сейчас многие виды близости - это скорее черная дыра, которая вечно сосет из тебя энергию: лирические влюбленности, нервы, ссоры, звонки в пустоту, многозначительные смски, алкоголь и печальные статусы в соцсети.
Муж у меня бизнес-романтик, и поэтому семью изначально и рассматривал как важный ресурс. Периодически он мечтательно вспоминает фильм про Чингисхана:
- Вот Чингисхан - выбрал жену в 13 лет, а потом пошел спокойно завоевывать мир. Вот так и надо.
"Спасибо за статью. Особенно за эти строки:" Семья, в которой еще есть усыновленные дети, или которая, к примеру, приняла на попечение в качестве «приемной бабушки» какую-нибудь брошенную бабульку из приюта..." – никогда об этом не задумывалась. Про усыновление детей - сколько угодно, но на эту тему и мыслей не было. А ведь это замечательная идея! Забирать к себе брошенных старичков, чтобы они проживали свои последние годы в тёплом кругу семьи".
Когда я прочитала этот комментарий, то меня осенило - все новомодные "проблемы семьи" и "странности семьи" в основном сводятся к одной тенденции: максимальному сужению семьи. Расширить семью, например завести ребенка, и тот сегодня верх оригинальности, и тем более мы редко задумываемся о более необычных способах расширения семьи. А вот сужают семьи много и разнообразно.
Можно родить одного ребенка или вовсе не рожать детей.
Можно избавиться от жены или мужа. Самый привычный нам способ - это развод.
Более кардинальный и редкий подход - в принципе избавиться от противоположного пола в семье. И речь здесь не столько о пресловутых однополых браках, сколько о всяких оригинальных способах получения детей.
Коллега недавно рассказывал про крик души одной девушки, которая недоумевала, как красивые и успешные леди доходят до того, что себя обсеменяют неизвестно от кого, да еще платят за это деньги?! Но на самом деле в этом нет ничего необычного: это просто продолжение тенденции на сужение семьи. Стремление к нему объяснимо. Человек не хочет напрягаться и рисковать, строиться с кем-то отношения, уступать кому-то, наступать на свое эго, учиться понимать и прощать, вообще не хочет ничего ДЕЛИТЬ. В том числе не хочет ни с кем делить ребенка. Это мой, только мой!! В абсурдном случае такого "только моего" может сделать и мужчина - Филипп Киркоров и его суррогатная дочь, например.
Идеал современного человека - это именно эгоизм, который загоняет его в уютненькую норку привычного, а другие - это ад. В идеале есть только я - и моя собственность, моя норка. В очень хорошем случае - муж/жена и ребенок. Но, как видим, это круг близких стремится все больше сократиться. В идеале - до себя любимого. В оригинальном случае: я + ТОЛЬКО МОЙ ребенок, полученный без эмоционального соприкосновения с другим. Этот ребенок тоже воспринимается как собственность.
Как видно, вариантов много, цель - одна. Ни к кому не притираться, не переступать ограниченность собственного эго. Ведь семья - это уникальная среда именно для того, чтобы учиться прощать, понимать, общаться, находить компромиссы. На примере взаимоотношений в семье можно увидеть, как могут любить друг друга совершенно разные по возрасту и интересам люди - и это кажется нам естественным. Чем меньше семейной среды в обществе - тем больше самовлюбленных одиноких невротиков. Ничего не напоминает?
На этот фоне полной противоположностью выглядит христианское абсолютное расширение семьи: обращение ко всем людям "братья", "сестры", "отец" и "матушка", "дети". То есть в основе христианства лежит стремление расширить "семейные отношения" на всех людей, выйти за ограниченность биологического родства.
Как видим, современный человек, наоборот, стремится всячески отделиться даже от биологического родства, от всего "иного", что пытается посягнуть на его эго, вокруг которого он выстраивает защитные стены. А потом жалуется на депрессию и одиночество.
.jpg)
“Вообще, крупная теологическая ошибка состоит в (...) «банализации» доброго порядка мира и приписывании злу роли «чуда», то есть некоего превозмогающего естественный порядок вторжения инородной силы. Между тем, добрый порядок после грехопадения так же неестественен как и зло, может быть еще более неестественен, поскольку зло исходит от падшего ангела, бывшего попечителя земли, «князя мира», в то время как всё доброе и благое оказывается восстанием против этого князя и его злого самовластия. Благой мир, хоть и явлен нам на всяком месте, но есть при этом чудо, непрерывно сберегаемое божественным промыслом и попечением ангелов”.
Автор тут конечно говорит про теологов, но по-моему, это касается всего. Слишком сильно обаяние зла как чего-то оригинального и из ряда вон выходящего (или по крайней мере достойного особого выделения из общего фона в дух «Смотрите, какой забавный уродец, бедный, давайте его пожалеем»). На самом деле треш и угар (ну или грех) – это так естественно, скучно и обыденно, что даже писать про него неинтересно. Нормальный человек, нормальные поступки, нормальные семьи – вот что небанально, вот белые вороны реальности. Вот чудо, достойное кисти и пера! Зло же однообразно-повсеместно, как песчинки в грязи, отдельные ситуации под микроскопом могут быть уникальными, но в общем фоне все это остается единой серой массой.
Ведь даже если не принимать во внимание семью из маленькой девочки, лесбиянок и воскресного папы-гея, вокруг нас куча ненормальных, неполных, уродливых и искалеченных семей, которые нам просто примелькались, и все воспринимают это как норму: да взять хотя бы те же семьи из детей, родителей + предыдущих мужей, предыдущих жен, детей предыдущих мужей и предыдущих жен, сожителей мам и пап – и так до бесконечности. На обломках христианской семьи каждый стоит конструкции кто во что горазд. Нормальная семья с любящими родителями, дружно живущими в одном и том же браке без любовниц и любовников и имеющими больше двух детей – вот что реально редкий повод покруче гомосексуального семейства. Семья, в которой еще есть усыновленные дети, или которая, к примеру, приняла на попечение в качестве «приемной бабушки» какую-нибудь брошенную бабульку из приюта – вот это нынче был бы революционный инфоповод для СМИ!
А так: «Семья по-новому: Вторым мужем Иван Иваныча, усть-илымского активиста за новую семью, стал 19-летний Вася, недавно сменивший пол и известный до этого как девочка Маша, 20 лет назад зачатая Иван Иванычем при помощи ЭКО в фиктивном браке с другой активисткой движения за новую семью» – пойду поем. Тоже мне – чудо чудное и диво дивное, пф. Я думаю, этот подзаголовок недалеко ушел от реального содержания российской желтой прессы. Но сколько интригующих деталей не накидывай, суть от этого не меняется: на фоне застилающего горизонт многообразного «кто-во-что-горазд» выделяется одинокий маячок «доброго порядка», действительно редкого, экспериментального, аномального, необычного, уникального и вызывающего неподдельный интерес. И хотя мне в мозг усиленно накидывается что-то другое, которое маячит перед глазами и отвлекает изо всех сил, я от этого другого отмахиваюсь, как от надоевшего раздражающего фона, и с горящими глазами маньяка вглядываюсь сквозь этот пестрый фон в ровный и ясный свет «нормального». В это странное «чудо, непрерывно сберегаемое божественным промыслом и попечением ангелов».
Дело в том, что принцип Христа – это любовь-прощение, любовь-забота, подразумевающая способность любить людей грешных, то есть несовершенных. «Любовь Бога доказывается тем, что Христос умер за нас, когда мы были еще грешны» (Ап. Павел). Любовь, на которой может быть построена семья, именно такая: любить, несмотря на то, что муж сморкается, а жена пилит. Тут христианам-то нелегко, а каково атеистам? о_О Или любить беззащитного глупого кричащего червячка, которого совершенно невозможно любить как Индивидуума (за любовь к советскому кино или цитирование Лермонтова). Вообще не понимаю, зачем атеистам в это ввязываться... язычники хоть во славу Рода могут стерпеть :)
Фильм, который мы смотрели – про то, как христианство учит человека жить в браке. Но мне кажется, в реальности чаще встречается обратный процесс – жизнь в браке учит людей христианству на практике. В общем, это какой-то обоюдный процесс. Для меня восприятие христианства и желание жить именно в браке происходили тоже как-то параллельно. Хотя наверняка существуют пары бодрых атеистов, которые живут всю жизнь вместе и не расходятся... Но мне кажется, что без принятие христианских принципов сохранить семью до старости нереально сложно. Либо расходиться, либо уверовать. Иначе как можно жить вот с ЭТОЙ дурой, истеричкой, стервой и вот с ЭТИМ инфантильным идиотом и бездельником! Да еще при этом любить и быть счастливыми! :)
У каждого есть вызов, на который надо ответить. Проблема, которую надо прожить и найти решение. Бежать бесполезно. Проблемы – внутри. В каждой следующей ситуации, с новым мужем или женой, проблема будет только усугубляться, а сценарий останется один и тот же. Единственный выход – «принять свой крест», что на первый взгляд звучит страшновато, но на самом деле просто означает, что каждый из нас должен постоянно перешагивать через себя, терпеть и мучительно развиваться, борясь с самим собой. С собой, а не с другими. Отношения – это то, что мы создаем сами, только следствие нашего внутреннего состояния. Изменяясь сами, мы изменяем отношения, а потом и людей вокруг себя.
В христианской жизни я увидела эту логику в рассказе про монаха, который из первого монастыря ушел, потому что не нравился там одному брату, во втором монастыре у него уже не сложились отношения с двумя, в третьем – с пятью. И вот он твердо решил, что в четвертом точно останется, и хотя его невзлюбили все монахи, усердно молился и не отвечал на зло. В общем, понял, что решение проблемы – в его руках. В конце там конечно был какой-то хэппи-энд, все монахи увидели его праведность и полюбили.
В любви мужчины и женщины сейчас господствует концепция выбора – концепция потребительского общества. Иллюзия, что можно выбрать идеального\идеальную. И если один вдруг оказался неидеальным, можно выбросить его, как бракованный товар. Но жизнь работает иначе – по принципу «я его слепила из того, что было, а потом что было, то и полюбила». То есть любовь – это не готовенькое, это всегда чистый хэнд-мейд. Через ошибки, проблемы и вызовы. Если вы любили кого-то достаточно для того, чтобы пожениться, вы вряд ли найдете кого-то лучше. Лучше будет, только если вы сами изменитесь – а это зависит только от вас. А смысл тогда менять шило на мыло? Со следующим/следующей будет только сложнее – еще же придется выстраивать отношения с бывшим/бывшей, особенно если остался ребенок. То есть у следующий вашей половинки не будет меньше тараканов, а вот сложностей с построением отношений у вас точно будет больше!
Отношения становится гораздо проще и понятнее, когда ты готов смириться с тем, что жизнь – это не полка супермаркета с плюшками, которые тебя осчастливят, а проекция тебя самого. А наш внутренний мир – это паззл, который надо еще долго терпеливо собирать, и никто извне чудесным образом не заполнит пробелы у нас внутри своей любовью, если внутри нет собственной. Любовь рождается в нас самих, а не из отношений. Любовь – это не мимолетная симпатия, это путь, это решение, это усилие, это труд и постоянная борьба со своим эго (как в истории с монашком). Но результат того стоит.
Прежде чем выбирать другого, нужно твёрдо выбрать СЕБЯ. Все остальное – следствие.
“Чем сложнее объект, чем больше усилий потратили люди на его сооружение, тем он ценнее, даже если никакой практической пользы от него нет; разрушить сарай — меньшее зло, чем разрушить храм. Этот стереотип распространяется не только на творения человека, но и на творения естественного отбора: нет ничего страшного в том, чтобы прихлопнуть комара, потому что он хочет укусить, но есть нечто глубоко аморальное в том, чтобы убить собаку, потому что она рычит. Собака может быть опаснее, чем комар, но ее мозг устроен более сложно, и поэтому ее убийство — больший грех. В рамках этой логики высокоупорядоченный объект (взрослая женщина) представляется несравнимо более ценным, чем объект низкоупорядоченный (оплодотворенная яйцеклетка), и интересы объекта со сложной нервной системой являются абсолютно приоритетными перед интересами объекта без нервной системы как таковой. Люди, которые считают, что права простых объектов (будь то эмбрионы или лабораторные мыши) важнее, чем качество жизни сложных объектов, вызывают у меня глубокое недоумение на грани с ксенофобией: мне кажется, что они живут в каком-то другом мире, с какой-то другой стрелой времени, что у них принципиально иные отношения с энтропией. В самом деле, если у них нет категорического императива «упорядоченное важнее неупорядоченного», то, наверное, и сама энтропия не вызывает у них такого ужаса и отвращения, как у простых смертных, которые пытаются успеть что-то открыть, создать, построить и написать, потому что все время помнят, что через несколько десятков лет энтропия их победит — окончательно и бесповоротно"
Лет пять назад я подписалась бы под каждым словом этого абортного манифеста: женщина имеет право отправиться в больничку, если ей мешает какой-то мускульный комок в животе, который в перспективе должен повлечь лишние проблемы и ответстсвенность. Поэтому точка зрения, в целом, понятная. Но меня поразила философская глубина рассуждения, которая позволяет раскрыть тему абортов если не целиком и полностью, то хотя бы увидеть несколько определяющих моментов.
Вообще в теме абортов переплетается куча ключевых философских тем христианства и антихристианства. Приведу некоторые мысли на тему.
1) ЛЮБОВЬ К ПРОСТОМУ
По моему опыту, появление любви к детям - это вообще признак того, что человек учится любить. Охи-вздохи по томным мальчикам и девочкам с длинными челками, которые по недоразумению считаются любовью - это, конечно, не любовь. Способность любить - это способность терпеть, жалеть простое, глупое, слабое. В себе и в других. Любить детей, пенсионерок, людей без высшего образования, мигрантов, бомжей, инвалидов и прочих "простейших" - вот что называется уметь любить. Верить и надеяться на лучшее - и этими верой и надеждой программировать реальность и менять будущее.
2) БУДУЩЕГО НЕТ
Кстати, о будущем. В мире без Бога нет и будущего как такового: что тоже видно по теме абортов. В мире "материальном" существует только прошлое, и только логика прошлого, только мясистые факты. То, что вполне предсказуемо "оплодотворенная яйцеклетка" родится, вырастет и станет сложным существом когда-нибудь В БУДУЩЕМ - никого не интересует. Почему? Потому что в мире эволюции вообще страшно смотреть в будущее. В мире эволюции будущего нет - в конце бесконечной войны сложных и более сложных всех ждет только неизменный проигрыш: “энтропия победит окончательно и бесповоротно”.
3) ЧЕЛОВЕК РЕШАЕТ ВСЕ
Третья ключевая тема: то, насколько человек вообще способен знать, что для него хорошо. Люди находятся в полной уверенности, что они сами лучше всего управятся со своей жизнью. И почему-то при этом все сплошь несчастны. То есть вроде все самые умные, а живут как дураки. Получается, что часто мы со своими самостоятельными рациональными решениями делаем себе только хуже, и потом жалеем.
Логика христианства - смирение, когда ты отдаешься воле Бога, по тонким намекам реальности угадываешь его волю и просто не сопротивляешься. Где-то я прочитала, что для того, чтобы быть счастливым, нужно отпустить то, что само уходит, и впустить в жизнь то, что приходит само. Так что насколько аборт действительно в интересах "сложной женщины" - это очень большой вопрос.
4) МИР ЗЛА
Вообще, когда я дочитала вот это рассуждение Хокинга, я с ужасом вспомнила, в каком мрачном, безысходном мире живут люди без Бога - в мире с такими законами, от которых хочется выть, царапать стены и прибивать какие-нибудь части тела к брусчатке на Красной Площади. Я сама жила в этом мире, и он доводил меня до отчаяния.
В этом мире более сложный побеждает. Кто такой более сложный? Тот, кто победил в эволюции. В этом мире нет места жалости к более слабым, глупым - к более “простым”.
В этой логике жизнь “простого” нерожденного младенца перевешивают интересны “сложной” взрослой женщины - причем не жизнь даже, а просто “интересы”. Эгоизм и жалость к более простому. В таком ракурсе расисты были бы оправданы целиком и полностью: белые рабовладельцы были в полной уверенности, что негры менее развиты. Сразу возникает много интересных вопросов, типа того, начиная с какого IQ можно считать человеком человека? В общем, сплошная нетолерантность царит в мире эволюции. Еще один показатель того, как неуверенно смотрится любое добро (и толерантность, то есть терпимость) в мире без Бога: оно там просто лишнее. Как в “Братьях Карамазовых” - раз Бога нет, то все позволено: кушать котиков и жениться на козочках в том числе. А уж абортировать младенца - все равно что прихлопнуть навязчивого комара.
"Логичный мир", описанный выше- это мрачный мир без любви. Мир, который управляется неумолимой логикой войны - вот мир без Бога. Ад - как он есть. Возможно, что мир природы - это и есть "царство сатаны" (потому что сказано, что сатана - "князь мира сего"). Там всем заправляет эволюция и борьба всех против всех. Но прикосновение Бога, любви меняет этот мир: даже львы в зоопарке привыкают к ласке и требуют, чтобы их гладили.
Возможно, отличие человека от животных в том, что человек может выбрать любовь, а не эволюцию. Выйти из ада вместе с Богом. А в "мире эволюции" человеку остается только вечная война. Причем война безнадежная: остается только бессмысленно царапаться, пытаясь устроиться "разумно" в ожидании, когда смерть "победит окончательно и бесповоротно".
Мне тут кинули одну историю из житий старцев вот с таким комментарием: "Страшное дело. Берите пример, отцы семейств, настоящие и будущие. Бросайте детишек и спасайтесь со всех ног. Типа православие".
Читаем:
"Некоторый молодой человек, очень богатый, славного рода, имевший супругу и младенца сына, состоял в сане трибуна в отряде войск, находившихся в Египте. При частых походах против племени Бисмеев он имел случай ознакомиться с пустынею, видел многие хижины святых, услышал слово спасения от блаженного пустынножителя Иоанна. Он не затруднился оставить суетные почести и воинство по плоти, пришел в пустыню, в короткое время достиг совершенства во всех родах добродетелей. Могущественный в пощении, высокий смирением, твердый верою, он легко мог бы сравняться с древними монахами ревностию к добродетели. Но ему пришло помышление, насеянное диаволом, что он поступит правильнее, если возвратится в отечество и озаботится о спасении единственного сына, супруги и всего дома, что это будет пред Богом приятнее, нежели удаление его одного из мира, соединенное с небрежением о спасении своих. Обольщенный призраком ложной праведности, он оставил келлию и начатое жительство отшельника, пробыв в пустыне четыре года; на пути он зашел для рассуждения и совещания о своем намерении в соседний монастырь, в котором жило многочисленное братство. Все, в особенности авва монастыря, порицали его замысел; но он не мог или не захотел отвергнуть помышления, глубоко насадившегося в его душу; увлекаемый несчастным упрямством, вышел из монастыря, оставив братство в великой печали. Едва он отошел на такое пространство, что скрылся от них из виду, как подвергся беснованию, начал точить пену из уст и терзать себя зубами. Его принесли в тот же монастырь братия на плечах своих. Так как не было возможности управиться с нечистым духом, вошедшим в него, – по необходимости заковали его в цепи, соединив цепью руки с ногами. Казнь заслуженная беглецом! По прошествии двух годов он освободился от нечистого духа по молитве святых и немедленно возвратился в пустыню, которую оставил, будучи сам исправлен и служа примером для других, чтоб никто не дерзал оставить однажды принятого монашеского жительства по увлечению призраком ложной праведности или по необдуманному пожеланию и зловредному легкомыслию".
Как же быть, как быть? Запретить себе семью любить? Не могу я это сдеееелать, не могууууу... Действительно, дилемма: где же добро - в семье или в келье?
На самом деле, борьба между добром и злом всегда выглядит как борьба между одним добром и другим добром – иначе борьба была бы слишком легкой. Традиционная система ценностей тем и отличается от модерновой, что в ней есть иерархия добра: сравнив одно действие с другим, всегда можно взять простые принципы и решить, что одно решение все-таки лучше, другое - хуже. Современность же утверждает, что все добры одинаково добрые и каждому свое, и вообще добро и зло относительны. Вообще говоря, в христианской теории, в отличие от какого-нибудь зороастризма, где мир создали пополам добрый бог и злой, у зла нет своей природы. А раз свой природы нет, то разница между добром и злом и есть сравнение: здесь добра поменьше, здесь побольше.
Добро и зло, если говорить о поступках, конечно, относительны, и границы их размыты: но черного и белого нет только потому, что человек редко прыгает по духовной лестнице через сто ступенек вверх до вершин добра. Поэтому для одного что-то может быть добром: просто потому что вчера он был еще в полной яме.
Семья может быть добром, потому что сегодняшний примерный семьянин вчера матерился, бухал и вел беспорядочную половую жизнь. Но по поводу безбрачия ясно сказано: кто может вместить, тот вместит: очевидно, что ценность безбрачия ценится выше семейной любви. Для того, кто шагнул на эту ступеньку, семья – это уже не добро, а искушение, шаг назад по духовной лестнице.
А как же жена и дети, забота о них? Вдруг они голодают и холодают? Вообще-то для человека верующего такого вопроса не существует. Когда надеешься не на себя,а на Бога, то понимаешь, что твои молитвы сделают больше, чем все твои человеческие усилия...
Увы, но с точки зрения либерализма – да. Можно вертеться ужом на сковородке, доказывая, что аборт – это плохо, но право на него должно быть, но трудно не сложить два плюс два: нормально - значит хорошо. Плохие общества, где не разрешен развод. Плохие общества, где не разрешен аборт. Хорошие свободные общества, где семьи разваливаются и дети абортируются. Не слишком ли большие жертвы надо приносить идолу свободы? В данном случае – идолу свободной любви. Прямо скажем, прожорливый молох.
Можно возразить, что в любом обществе бывают несчастные семьи, и всюду люди абортируются. Но не стоит доказывать, что пропаганда нормальности разводов и абортов не увеличивает их числа. Увеличивает.
Хороший (!) Путин (!), который публично развелся - пишет либеральная из либеральных Colta.ru. Вы только вчитайтесь в это: «В ночь на пятницу Россия оказалась светским государством. Основным мотивом пропагандистского сопровождения теперь будет рефрен: «ну а что, все как в цивилизованных странах». Нормой цивилизованности неожиданно будет признан свободный выбор частного человека, хотя бы и такого, специального. При всех смешочках эти объяснения, как и этот развод, станут на некоторое время если не цивилизующим, то сдерживающим фактором. Это опять история о том, что правительство в России — самый большой европеец. В силу личных обстоятельств Путин оказался большим европейцем, чем коллективная Мизулина».
Ну не прибавить, не убавить. Путин вор и тиран – о да, да! Зато развелся – ах, какой молодец, хоть что-то хорошее сделал! Да, нормой цивилизованности для либерального сми является развод. И аборт. И гомосексуализм. И... продолжение следует.
Отсталый Патриарх, который рассуждает, что нельзя разводиться, если кончилась любовь, потому что любовь – это то, что создаем. Ой, ну мракобес, мракобес.
Развод – это ведь так прогрессивно, так по-европейски! И аборт – это так гуманно. Ничего не должно мешать потреблять удовольствия и наслаждаться свободой – ни плод в утробе, ни старая жена. Удобная логика. О дивный новый мир. И при этом огромная часть человечества упорно сопротивляется благодатному влиянию «европейских ценностей»! Не хочет сладкой свободы. И это укрепляет мою веру в человека.
По-моему, гораздо разумнее было бы сравнивать Бога с матерью. В свете этого сравнения становятся очевидны ответы на многие проклятые атеистические вопросы: почему Бога дает свободу, а потом наказывает? любит ли нас Бог? и если любит, то почему наказывает? и почему Бог каждый раз не совершает чудо (читай: не решает наше домашнее задание)? почему Бог допускает страдания, а не сдувает с нас пылинки?
Мне кажется, что Богородица с Иисусом на руках хорошо отражает отношения между Богом и людьми. В образе Богородицы концентрируются атрибуты милосердия и любви, которые вообще-то должны принадлежать Богу. Но не принадлежат! Потому что он – по стечению обстоятельств – ОТЕЦ. А отец – это нечто суровое и не слишком-то ласковое. Или вообще далекое и «он нас оставил». Или... или... ёперный парагвай! У Ницше же умер отец, когда Ницше было пять лет! Вот вам и всё «Бог умер»!
Бог – это мать, любящая, но не тоталитарная. Иногда прилетающая, как Мэри Поппинс, когда ситуация совсем швах, но вообще представляющая нам самим решать свои проблемы, как бы ей не хотелось сделать это за нас. Сразу находится ответ на вопрос – верой или делами спасается человек? Мама любит нас любыми. Наши добрые дела – как смешные подарки, которые дети делают мамам на 8 марта. Они не могут принципиально изменить отношение мамы к нам, но очень радует ее. Важна не ценность подарков самих по себе, а то чувство, которое заставляет нас их дарить, и которое так ценно для мамы. Такой должна быть любовь к Богу – любовь детей к своей маме, а не восхищение солдата своим суровым командиром, в которое так часто выливается любовь к «Богу-отцу».
...Каждый год родители Его ходили в Иерусалим на праздник Пасхи. И когда Он был двенадцати лет, пришли они также по обычаю в Иерусалим на праздник. Когда же, по окончании дней [праздника], возвращались, остался Отрок Иисус в Иерусалиме; и не заметили того Иосиф и Матерь Его, но думали, что Он идет с другими. Пройдя же дневной путь, стали искать Его между родственниками и знакомыми, и, не найдя Его, возвратились в Иерусалим, ища Его. Через три дня нашли Его в храме, сидящего посреди учителей, слушающего их и спрашивающего их; все слушавшие Его дивились разуму и ответам Его. И, увидев Его, удивились; и Матерь Его сказала Ему: Чадо! что Ты сделал с нами? Вот, отец Твой и Я с великою скорбью искали Тебя. Он сказал им: зачем было вам искать Меня? или вы не знали, что Мне должно быть в том, что принадлежит Отцу Моему? Но они не поняли сказанных Им слов. (Лк. 2:41-50)
...А другому сказал: следуй за Мною. Тот сказал: Господи! позволь мне прежде пойти и похоронить отца моего. Но Иисус сказал ему: предоставь мертвым погребать своих мертвецов, а ты иди, благовествуй Царствие Божие. Еще другой сказал: я пойду за Тобою, Господи! но прежде позволь мне проститься с домашними моими. Но Иисус сказал ему: никто, возложивший руку свою на плуг и озирающийся назад, не благонадежен для Царствия Божия. (Лк., 9:59-62)
...И пришли к Нему Матерь и братья Его, и не могли подойти к Нему по причине народа. И дали знать Ему: Матерь и братья Твои стоят вне, желая видеть Тебя. Он сказал им в ответ: матерь Моя и братья Мои суть слушающие слово Божие и исполняющие его. (Лк., 8:19-21)
Тут можно толковать-перетолковать, но суть яснее некуда: отец, мать, брат, сестра, муж и жена ценны ровно постольку, поскольку являются вашими единомышленниками, то есть "родственниками в вере". Не больше. Очевидно, что Иисус с полнейшим пренебрежением относится к родственникам и семейному родству, вплоть до немыслимого запрета хоронить отца, раз это отвлекает от спасения! Очевидно, что для Иисуса никаких семейных ценностей нет, а есть только духовные ценности, которые и создают Духовную Семью, ту самую Церковь.
Интересно, что в современном популярном понимании "отрицать семейные ценности" означает практиковать беспорядочные половые связи, исповедовать философию "стакана воды" и выступать за "расширение понятия семьи". При этом "семья расширенного понятия" - это шведская семья четырех лесбиянок-транвеститов, которые зачали детей от семени из банка спермы. То есть традиционная семья отрицается ради треша, угара и содомии.
Иисус, безусловно, тоже отрицает "отживший институт семьи" и выступает за "семью нового типа". Но только новизна ее не в количестве и половой принадлежности совокупляющихся особей, а в новом типе единения на духовной, а не мясисто-материальной основе.
То есть современная культура отрицает традиционную семью, предлагая быть ниже ее, а Евангелие отрицает традиционную семью, призывая быть выше.
А мне кажется, происходит очень простая вещь. Современная культура совершенно не готовит человека к отношениям муж/жена. Воспроизводимые схемы взаимоотношений М и Ж – это отношения влюбленных и любовников. Отношения, когда люди будоражат друг друга, употребляют друг друга интеллектуально и физически, и получают от этого удовольствие. Пары, которые пытаются от этих отношений перейти к браку, испытывают нехилый разрыв шаблона. Потому что, увы, но семейные отношения совсем в другой области, которая ближе к области «любви к ближнему», а не к области «любви к той загадочной красотке». Семья – это не тогда, когда ты хочешь устроиться поудобнее и что-то получить, а тогда, когда ты готов что-то отдать другому – пойти на уступки, например. К этому большинство наших современников совершенно не готовы, и сильно удивляются, «а куда же делать ТА любовь», «а как же я ошибался/лась!» и срочно идут искать другую любовь. Как правило, тщетно, ибо дело тут не в конкретных людях, а в системе восприятия – но об этом в другой раз. В общем, семейная жизнь бьет бедных сожителей обухом.
Это как если бы вас учили всю жизнь сдавать ЕГЭ, а поступать бы Вам пришлось по нормальному вузовскому экзамену, где думать надо. Нет, ситуация даже хуже! Это как если бы Вас учили основам православной культуры, а сдавать бы пришлось экзамен по научному коммунизму! Вроде бы материал похожий, но, как в одном анекдоте – есть один нюанс...
Кстати треш и угар начинается и до женитьбы – в области «гражданского брака», который в любом случае есть переход от «романтики» к «браку». Переход этот случается сразу, как только начинается секс – даже сожительство тут необязательно. Исключение – ну совсем уж одноразовые отношения, но в моем окружении это нереальная редкость. Как правило, все идет по отработанной схеме: люди встречаются, люди влюблятся.... и нет, не женятся, а занимаются сексом. «Двое становятся одна плоть». Сначала все няшно. Но очень скоро начинается! Почему начинается, почему все не может быть дальше няшно? А потому, что в этот момент фактически воспроизводятся отношения, при которых в 19 веке девушка называлась «содержанкой», «любовницей» – то есть тоже падшей женщиной, но с бОльшим уровнем комфорта. И хотя вроде бы внешне вся нашая развязная культура навязывала современной женщине логику «свободных отношений», внутри у нее начинает свербить – ее гнетет комплекс «падшей женщины». Чтобы увидеть, что происходит в средней паре нынешних «парня и девшуки», достаточно починать почитать «Идиота» (истерики соблазненной Настасьи Филлиповны) и «Анну Каренину» (истерики падшей Анны). Книжки, напомню, были написаны 150 лет назад, после этого произошло несколько революций, в том числе и сексуальная. Только оказалась она в итоге не революцией, потому что принципы отношений между М и Ж не меняются, как показыает практика, никогда: меняется только мода на ошибки – от перекоса «Домостроя» к перекосу «free love».
Современная механика отношений между парнем и девушкой примерно такова. Первое время все может быть няшно – потому что где-то внутри у девушки сидит «щаз женится!» Но мальчик, как правило, жениться не думал – он заводил отношения не для этого, все произошло само собой, по любви. В итоге он имеет симпатичную умненькую содержанку, в которую, конечно, был искренне влюблен, и которой (в лучшем случае) готов все покупать, но вот отдать ей кусок своей свободы – уже нет, сделать равно хотя бы с друзьями – далеко не всегда. У девушки начинаются истерики, отлично сформулированные в грустных картинках в ванильных пабликах. У мальчика тоже что-то свербит: потому что он хочет вроде бы уже и не любвницу, а жену. Отсюда все злобные демотиваторы «Она только пилит ногти, а не готовит борщ!» Но ведь это поведение – чистое поведение содержанки! Она жаждет быть будоражащей, и у нее нет уверенности, что она здесь надолго – значит, она должна нравиться и привлекать – в том числе и других.
В общем, у людей внутри начинают яростно сражаться две модели поведения. Первая – модель потребительская, часто деградирующая от нежных чувств до чего-то вроде «она дает, он платит». Вторая – модель сотрудничества. «Супруги» – это, кстати, «сопрягнутые», то есть волы в одной упряжке. Как выглядят эти сражения? Это ссоры за «вечер со мной или с друзьями». Это желание, чтобы девушка выглядела сексуально, но с другими не кокетничала. Это хождение девушек на тусовки с друзьями мужского пола – что, само собой, раздражает парня. Но ведь она «свободна»! Она здесь, только потому что ей нравится или выгодно. Это паразитическая психология девушек. Это «случайно переспал с ее лучшей подругой, просто мы часто общаемся!» В общем, я не рискну описывать все радости псевдосемейной жизни.
В итоге, как правило, побеждает модель потребления: с этой/этим не получилось – пойду искать товар посвежее. Все это соповождается, естественно, слезами, истериками, срывами, истерическим курением и пьянстом. А все потому, что все это оказывается совершенно неожиданным для человека, выросшего в розовой идеологии «свободной любви». Иногда борьба между моделями затягивается очень надолго – люди успевают жениться и даже нарожать детей, и в итоге просто остаются вместе, потому ипотека и вообще так как-то привычнее. В итоге вся семейная жизнь перерастает в «отложенный развод», люди не становятся «супругами», совместно вспащивающими полосу семейной жизни, а просто тянут чахлый семейный возок в разные как лебедь и рак... ну или как рак и щука. В итоге возок все равно разваливается: друзья, пиво, любовник, любовница, вялотекущий алкоголизм, депрессия и прочие радости обеспечены. В уютной трехкомнатной квартире разлагается труп семейных отношений, со временем превращаюйся в мумию. А вспомните – все ведь начиналась так хорошо!
У меня есть подозрение, что единственные люди, которые хоть сколько-нибудь от этого ограждены – это православные пары. Нет, не те, которые просто в церкви повенчались, а те, кто воцерковлялись как следует. Почему? Потому что они единственные, кто проходит мощный курс психологии семейной жизни и целенаправленно готовится именно к отношениям мужа и жены. И, следовательно, реально оценивают риски, понимая, что семейная жизнь – это совсем не отношения Ромео и Джульетты, и даже не дружеский секс. Конечно же, мы не забываем и про 10% исключительно умных атеистов, которые способны самостоятельно освоить азы психологии, читая книжки и наблюдая за людьми.
Большинство же с завидным постоянством наступает на грабли, думая, что ну в этот раз это точно не грабли, и механика у них особая, и глаза красивые, и тонкая душевная организация. Но вожделенное счастье кроется не в смене партнера, а, прежде всего, в смене собственного «отношения к отношениям». Например, так: грабли нужны не для того, чтобы на них наступать, хотя целые полсекунды они летят очень красиво, а для того, чтобы сгребать ими сено.
По мне так обет безбрачия соблюсти гораздо проще, чем создать счастливую семью.
Когда я недавно ездила читать стихи в какую-то школу в Тьмутараканск, я для статистики попросила поднять руку тех, кто верит в Бога. Из 50 старшеклассников радостно протянул вверх руку один. Вот она – реальная православная статистика. Я думаю, количество этих рук не особо изменится практически в любой аудитории, перед которой мне доведется выступать. Ну за исключением специально-православных тусовок.
На самом деле, если реально смотреть на вещи, общество у нас никакое не православное. Это общество, которое из застойного коммунизма внезапно прыгнуло в дикий капитализм. Претендовать на «духовную основу» православие может не больше, чем язычество или коммунизм. Коммунизм посвежее православия, а у язычества «более глубокие корни». Та реакция, которую сейчас получают от общества православные активисты, которые действуют якобы от имени общества – это как раз потому, что они делят шкуру неубитого медведя на самом неубитом медведе. И он огрызается, да еще как.
Реальное влияние православие на общество сейчас не намного больше, чем влияние любой из сект, с которой оно борется. Нужно принять эту мысль, и начать, наконец, заниматься тем, чем должна заниматься Церковь – миссионерствовать! То есть пытаться из общества сделать действительно православное. Смотреть не на маргинальные явления типа геев, а на реальное нехристианское общество. В нем не православных 80%, а 80% людей, которые, например, преспокойно блудят, считая это нормой. Сколько девушек выходит замуж девственницами – едва ли 80%. И это не какие-нибудь там хитрые духовные грехи, это вполне ощутимый народный быт. Реальная основа, реальная «норма» и традиция. Полный разброд, шатание и духовная безосновательность. Которую по мере возможностей заполняют секты и разнообразные кармические чудаки. С которыми потом РПЦ активно борется. Да и бороться б не пришлось, если бы вместо борьбы была миссия! Как говаривал Гребенщиков, "эта земля была нашей, пока мы не увязли в борьбе". Он, конечно, про другой "поезд" пел, коммунистический, но ведь такими темпами и православный поезд туда же уедет.
Позволю процитировать на эту тему:
alexsuomych «Просто тут еще есть один тупой момент. Если бы православные "активисты" признавали что людей, полностью "согласных" с выдвигаемыми РПЦ "православными догмами", в России где-то 5 процентов, то проблема бы резко исчезла. Но признавать такое - как-то, наверное, некомильфо. Хотя это правда. И так, наверное, было вообще всегда. В 325 году (если верить большинству историков) с христианством случилось большое недоразумение. Оно стало гос.религией. Его включили в список имеющих гос.поддержку, так сказать. Спиридон Кисляков эмоционально описывает это в своей "Исповеди священника перед церковью". Следует отметить, что формально церковь теперь стремится от государства держаться подальше. РПЦ, по крайней мере. Оно и понятно - если быть гос.органом, то венчать гомосексуалов рано или поздно придется. В прочем, имхо, это не так страшно, как благословлять наркоторговцев и рэкетиров, но я от лона церкви далек, так что может чего и не понимаю. Так вот тут надо делать выбор. Или пять процентов живущих по "правилам" или семьдесят пять, но смотрящих ТНТ с НТВ, живущих в гражданских браках без детей и считающих Христа русским националистом, загубленным проклятыми евреям (ну, в среднем). Если согласиться на пять процентов, то не нужно будет ломать голову над геями. Геи отдельно, православие отдельно. Никто ни к кому не лезет. Все честно. Кстати, рэкетиров и наркоторговцев тогда тоже можно будет запросто даже не благословлять».Действительно, в роли "официального государственного дистрибьютора" трудно откреститься от духовных детей, трудно даже хоть сколько-нибудь готовить к крещению, трудно ставить хоть какие-то границы для принятия в свое лоно новых чад. Трудно представить, что крещение, например, можно сделать из формальности реальным благом, которые еще нужно заслужить, хотя бы Евангелие для начала прочитать. РПЦ становится чем-то вроде обязательного медицинского страхования или прописки по месту жительства. Духовностью "для галочки". И деятельность "для галочки", мне кажется, просто не оставляет времени для реальной миссии. Вроде как на машину надо техосмотр и батюшку. Когда батюшке между такими духовными техосмотрами о проповеди думать? Да и "православный" после техосмотра о душе не очень-то: машину освятил, квартиру освятил, а что в гражданском браке - дак это ж все так живут. Традиция такая.
Подписаться на:
Сообщения
(
Atom
)
